А жизнь так коротка!

Это я вам обещаю...

И, не ожидая реакции на его заверения, он вышел из комнаты. Закрыл на все замки входную дверь, спрятал ключи – при всем желании пленникам не убежать. Разве что замки взломают. Но у них кишка тонка.

Холодильник на кухне был полон. Заранее хату харчами затарили. Девять человек неделю могли здесь жить. Но за сутки только трое осталось. Леон, Мизинец да Бес. На «лепил» не рассчитывали – их в расход пустить собирались. На Вагонетку постольку-поскольку – он наездами должен был здесь появляться.

Но вот застрял...

– Помянуть пацанов надо, – сказал Леон.

Вместе с Мизинцем они уже накрыли на стол. И Беса накормили. И про пленников не забыли. Вагонетка пока был без сознания. Не волнуйтесь, успокоил их врач, будет ваш старшой жить – ему лишь отлежаться надо пару-тройку деньков. Да Леон и не волновался. Ему было как-то все равно. Он устал. Устал больше душой, чем телом.

И Мизинец захандрил. Глаза в одну точку устремлены, тоска в них гремучая...

– Помянем, – меланхолично кивнул он.

На столе бутылка «Абсолюта», колбаса крупно порезана, хлеб, банка с солеными огурцами вскрыта – и все, больше ничего. Ни тому ни другому не хотелось пиршества. Выпить – да, а закусить хотя бы хлебными крошками...

Бобер, Кот, Супец, Ржаной, Карл, Будильник... Козлом их «звеньевой» был, но сейчас об этом не вспоминали. Не было на него злости. Ни на кого они не злились. Только на самих себя...

Бутылка опустела. И все молчали. Когда ополовинили вторую, Мизинца прорвало:

– Не думал я, что так все будет.

Не думал... – Его взгляд был устремлен в пустоту. – Я на зону ведь по глупости попал. Уже после армейки мотоцикл у пацана одного одолжил. Два года получил. За «колючкой», сам знаешь, зверем нужно быть, если человеком хочешь остаться...

Может, он и преувеличивал. Но Леон молча с ним согласился.

– Пацан я крепкий, сам видишь. Железо все два года тягал, качался. И ржавым никогда не был. Вот Алыча меня и взял к себе. Думал, все нормально будет. «Бабки» с бизнесменов буду собирать, по ресторанам с девками гулять.

Ну и застрелить, если надо будет, кого-то придется... А вышло...

Мизинец пьяно махнул рукой и снова потянулся к бутылке. Выпили, кинули в рот по кусочку колбасы с огурчиком.

– Одного убил, второго, третьего... Да сколько ж можно?.. – Мизинец говорил на нормальном языке. Бандитский сленг куда-то исчез. – Но несло... На Снежное озеро поехали, а там... Трупы, трупы, трупы... Не могу больше...