А жизнь так коротка!

Алюминиевый и глиноземный комбинаты, нефтеперерабатывающий комплекс, речной порт, завод ювелирных изделий, деревообрабатывающие и ликероводочные заводы... В общем, все, что работало достаточно рентабельно, уже на легальной основе легло под «Ракиту».

В этом деле не обошлось без крови. У нефтеперерабатывающего комплекса, например, была крепкая столичная «крыша» – московские чеченцы его прочно держали. Даже Баул не хотел с ними связываться. Да и Граф терпел «чехов» до поры до времени. И с глиноземным комбинатом та же история.

Его держала красноярская братва. Как же, комбинат этот обеспечивал сырьем алюминиевые заводы их края.

После расправы над Черняком и Таранью Граф окончательно впал в немилость у московских воров. Ему уже нечего было опасаться испортить отношения со столичным воровским миром. И это развязало ему руки. Несколько наездов на чеченцев, и от них только перья полетели. И красноярцев из Задворска погнал – нечего им тут делать. Нефтеперерабатывающий комплекс и глиноземный комбинат со всем их директоратом полностью легли под местную мафию.

У Графа был свой собственный и общаковый бизнес – вполне легальные предприятия. Казино, рестораны, гостиницы, магазины. Этим он занимался сам. Бекас контролировал незаконный бизнес – наркотики, фальшивая водка, оружие, девочки, автоугоны. Рэкет выпал из сферы его ответственности. Им теперь занимался Леон. А он замыкался напрямую на Графа. Одно это делало его крупнейшим авторитетом сообщества. Алыча держал в своих руках силовую и ударную мощь организации.

У него были свои «бригады»: киллерская и карательная. В них был собран весь цвет мафии: бывшие спецназовцы из ФСБ и МВД. За «бабки» эти ребята готовы были мать родную продать. Продажные менты – звучит гадко. Но под их пресс лучше не попадать. В какой-то степени Леон подчинялся Алыче. Ведь его «бригады» – важная составляющая силовой мощи сообщества. Но с Алычой он держался на равных с самого начала, как только встал у руля «Ракиты».

Скоро будет два года, как он у этого руля.

Его боятся, перед ним заискивают. И только Жорж не боится. Они с ним друзья, что бы ни случилось.

Жорж поднялся круто. Оптовые базы по всему краю, супермаркеты, торговые салоны. Целая империя. И он в ней император. Если проводить аналогию дальше, то Леон для Жоржа вроде бога. Он держит его фирму под своей «крышей», создает благоприятные условия для работы. Конечно же, за это он имеет свой процент. Можно было бы обойтись без этого, но Граф бы не понял.