— И ты считаешь, что это этично? Ставить интересы клиента выше закона?
— Я считаю этичным не предавать клиента. Даже тогда, когда это может быть удобно. Даже когда это может быть выгодно для нас самих, университета, государства или кого-либо ещё.
Затем подумал и добавил.
— И если для того, чтобы преподавать, мне нужна седина, то я могу надеть парик.
Он пару секунд смотрел на меня тяжёлым взглядом. А я ощущал постепенно растущий ужас сидящей рядом со мной женщины. София явно находилась в панике, судорожно пытаясь понять, что ей делать в этой абсурдной ситуации.
Впрочем, я, в свою очередь, волновался уже не так сильно. Плевать, насколько хорошо он контролировал выражение своего лица. Мой дар в данном случае не обманешь. И его эмоции абсолютно не подходили человеку, который собирался уложить наши головы на плаху. Нет, вместо гнева и раздражения там царили любопытство и нечто отдаленно напоминающее веселье. Как у ребёнка, который задумал совершить какую-то шалость.
— Что же, — произнёс он, прерывая затянувшуюся паузу в нашем разговоре.
— Думаю, что беседой я более чем удовлетворен. Если уж у Его Высочества, который был с вами на лекции, не возникло претензий, то, кто я такой, чтобы ставить под сомнение его мнение о вас.
А вот тут я удивился и переглянулся с Софией.
— Прошу прощения?
— У меня состоялся занятный разговор с Его Высочеством, — пояснил ректор. — Как раз после того, как он побывал на одном из ваших занятий."
"Так. Я судорожно принялся перебирать в голове наш последний разговор с Меньшиковым.
Там было что-то. Я точно был в этом уверен. Кажется, его охранник или помощник, уж не помню кто именно, сказал князю, что у того запланирован обед с ректором. Да? Или нет? Кажется, что-то такое было.
Сам же ректор, заметив, как мы с Софией переглянулись, улыбнулся и продолжил:
— Признаюсь, не могу не отметить, что после нашего с ним разговора у меня появились определённого рода, скажем так, подозрения насчёт твоего «протеже», София. Я и решил убедиться в них лично в этом разговоре.
В целом, думаю, на данный момент я увиденным удовлетворен.
— Спасибо, Аркадий Ростиславович, — тут же поторопилась поблагодарить его Голотова, но оказалась прервана.
— Я не сказал, что это конец, София, — уже строже проговорил он. — Сама понимаешь, что одного моего мнения, даже несмотря на занимаемую должность, может быть недостаточно для учебного совета. Наш с вами диалог в том числе вызван и тем, что они несколько недовольны твоими действиями.
