— Уверены, что все здесь? Точно?
— Да, — отозвался один из них. — Точно. Только Аржанова нет и…
— Кузнецовой тоже нет, — вдруг сказала одна из девчонок с последних парт на самом верху.
— Кого? — уточнил я.
— Алиса Кузнецова, — ответил другой студент.
— Она была с вами на предыдущей лекции? — сразу же задал я следующий вопрос.
— Да, — пожала плечами та девушка, что сказала об этом. — Сидела на последней парте слева от меня.
— Где она?
— Да откуда мне знать? — фыркнула она. — Опять, может, в туалете сидит и ноет.
— Она вроде на шестой пошла, — произнесла сидящая рядом с ней девчонка. — Я видела, как она по лестнице поднимается…
Если так подумать, то с какой-то извращённой, абсолютно идиотской точки зрения это могло даже выглядеть логично. Да, потолки тут были высокие, аж по три метра. Но второй и третий корпуса были всего по четыре этажа высотой. А вот главное здание имело все шесть. И по высоте уходило, наверно, за двадцатку с лишним метров высотой.
Дальше я уже не слушал. Выскочил из лектория и рванул обратно к лестнице, мысленно ругая себя, что не обратил внимания на это ещё тогда, когда мы шли к ректору.
Надо было ещё в тот раз начать действовать, а я пропустил это, занятый собственными проблемами…
Лестничные площадки сменяли друг друга. Я натурально взлетел по ней на последний этаж.
Здесь не было выхода на крышу. Открытого уж точно. Как раз, чтобы такие вот студенты не лазили куда не надо. Если девчонка находилась в таком состоянии, то она не будет заниматься планированием.
Человек в состоянии аффекта не планирует, он действует. Он не будет искать ключи от чердака, взламывать замки или лазить по техническим лестницам. Он выберет то, что ближе. То, что будет доступно. Балкон, окно, перила в переходе — что угодно, лишь бы быстро. Это не продуманный жест, это вспышка. Порыв, порождённый глупым сиюсекундным желанием под давлением чувств.
Оглянулся по сторонам. Коридор пуст. Из-за ближайших дверей доносятся приглушённые голоса преподавателей из аудиторий. Приняв решение, я направился вдоль них, прислушиваясь к эмоциям находящихся внутри людей и… вот оно!
Осторожно, стараясь двигаться как можно тише, я повернул дверную ручку и открыл дверь.
Она была там. Стояла на подоконнике у открытого настежь окна. Когда открывающаяся дверь скрипнула, девушка вздрогнула и резко повернулась в мою сторону. Среди охватившего её сознание вихря мрачной обречённости появилось новое чувство, на мгновение затмившее собой все остальные. Страх.
