И делают они это намеренно. Потому что добиться иного способа введения этих документов в материалы дела они не способны в виду полного понимания незаконности их получения.
Выслушав его, судья повернул голову в сторону Лоры.
— Госпожа Грей, это так?
Дерьмо…
Мне хотелось плюнуть от расстройства. Достаточно было увидеть ехидную усмешку на лице Захарии, чтобы понять. Он нашёл её слабое место. Видимо, понял, как именно она работает. Таких людей, которые обретают непоколебимую и железную уверенность «на время», бывает тяжело переиграть в моменте.
Да, потом они могут трястись от адреналина и не верить в то, что случилось, но в стрессовой ситуации их броню ледяного спокойствия просто не пробить.
Тем не менее, способ имелся."
"Вместо одного мощного удара, который бы сбил бы её с ног, Смит постоянно перебивал её, не давая закончить предложения. Прерывал. Заставлял повторять одно и тоже. Ударь во что-то тысячу раз, и оно разрушится под твоим напором, даже если это всего лишь лёгкие уколы.
И я с разочарованием наблюдал за тем, как броня Лоры рушилась, подтачиваемая этими лёгкими, но удивительно точными выпадами.
Коснувшись рукава Лоры, я подёргал её, привлекая к себе внимание.
— Что ещё? — тут же шикнула она на меня, подтверждая мои мысли о своем состоянии.
— Успокойся, пожалуйста, — шёпотом попросил я. — И сообщи судье, что я хочу выступить…
Её глаза расширились от удивления.
— Что? Ты не можешь…
— Всё я могу, — со спокойной уверенностью сказал я.
— Просто сообщи им, что я хочу выступить.
Все сомнения по поводу этой идеи читались у неё в глазах. В целом, её можно было понять. Потому что никакого права у меня на это не было.
— Давай, — добавил я. — Просто доверься мне.
— Ладно, — наконец прошептала она чуть ли не через зубы, после чего повернулась к судье. — Ваша честь. Мой коллега, Александр Рахманов, просит слово для выступления по существу дела.
Можно было ожидать многого. Протеста со стороны Захарии.
Недоумения от судьи. Но получил я громкий и явно весёлый хохот со стороны сидящего за соседним столом Харроу.
— Да господи боже! Мы что, в цирке?
— Господин Харроу, прошу вас соблюдать уважение к суду, — больше для проформы, чем в качестве серьёзного предупреждения сказал судья.
Но слова своего клиента тут же подхватил Смит.
— Ваша честь, возможно, мой клиент оказался излишне… импульсивен в своём заявлении, но это не отменяет его справедливости.
