Адвокат Империи 14

Список лекарств я тебе оставлю.

— Спасибо, Рудольф, — пробормотал Князь, потирая ладонями уставшее лицо.

— Спасибо, Князь, в карман не положить и на хлеб не намазать…

— Знаю. Я переведу тебе деньги.

— Я в этом даже не сомневаюсь, — поджав губы, сказал врач, надевая пуховик и беря в руки сумку. — Если потребуюсь, мой номер ты знаешь.

Сказав это, он вышел из комнаты, оставив нас вдвоём. Опустив взгляд, я посмотрел на свои руки, закрытые бинтами, под которыми скрывались обработанные мазью ожоги. Боль уже ушла, но пальцы всё равно плохо двигались.

— Князь, — тихо спросил я сидящего рядом со мной мужчину. — Что будем делать дальше?

— Я не знаю, Александр, — так же негромко ответил он. — Правда не знаю…

Глава 15

Когда он вошёл в просторный конференц-зал, все находящиеся внутри поднялись на ноги. Не желая тратить время на излишние приветствия, Алестер махнул рукой, жестом приказав собравшимся в помещении людям садиться."

"— На излишние раскланивания нет времени, господа, — сказал герцог Эдинбургский, обходя стол и направляясь к своему месту во главе него.

Начальник тайного отдела полиции Скотленд-Ярда, виконт Эйвбели, Альфред Кросс, не стал подниматься со своего места для ответа, как того потребовал бы официальный протокол в обычной обстановке. Вместо этого он просто приступил к ответу, не став тратить и без того ограниченное время герцога.

— Как вы уже знаете, господа, то, что произошло с семьёй Лаури, вне всякого сомнения можно характеризовать как убийство.

— Альфред, нам и с первого дня было понятно, что это было убийство, — скрывая раздражение, сухо произнёс Галахад. — Не думаю, что у нас есть время для того, чтобы тратить его на повторение очевидных вещей.

— Верно, ваша светлость, — не стал оправдываться Кросс. — Тем не менее, я считаю, что должен ознакомить вас с некоторыми моментами…

— Лаури мертвы! — резко произнёс Алестер, грубо перебив собеседника. — Не думаю, что мне нужно объяснять вам, насколько важным является сам факт того, что кто-то посмел поднять руку на пэра Империи и его семью. Сам этот факт — это плевок в лицо Империи и лично Императору. И мы не можем оставить его без ответа.