Адвокат Империи 15

Из растерянного, в какой-то мере даже потерянного, оно исказилось. Стало озлобленным. Губы превратились в одну тонкую линию, а глаза широко раскрылись. Я слышал, как Андрей шумно дышит носом. Досада. Ненависть. Негодование. Возмущение. Эти эмоции сменяли друг друга на его лице подобно калейдоскопу.

— В этом же… Александр, в этом же всё дело, — глубоким, почти что рычащим голосом произнёс он. — В семье. Всё дело всегда в ней. В наших близких. В наших родных. Ведь без семьи, кто мы такие? Без нашей фамилии. Но, нет.

Не-е-е-е-е-е-т. Посмотри на себя. Рахманов. Ты отказался от того, что должно принадлежать тебе по праву. Обманывал себя… убеждал себя, что твоё прошлое не затронет твоё будущее! Но в конечном счёте ты получишь сполна за своё предательство.

Вдруг замерев, Андрей резко изменился в лице. Злость и гнев стёрли с его физиономии в один момент.

— Кого ты выберешь, Александр? Я дам тебе последний шанс.

Ствол револьвера в его руке качнулся в мою сторону.

— Нас с тобой?

Оружие сделало плавный поворот в сторону Насти.

— Или их? Решай. Давай, Александр. РЕШАЙ! Кого ты выберешь⁈ На с тобой или их⁈ Своего отца? — его пустая левая рука указала в сторону пустой части комнаты. — Или же тех, кто оставил нас без него. Не хочешь? Сомневаешься? Я вижу, что сомневаешься. Хочешь обмануть меня. Давай, я тебе помогу.

Револьвер в его руке резко повернулся и выстрелил.

Когда грохот выстрела стих, вокруг нас повисла тишина. Тяжёлая. Пронзительная. Давящая настолько, что в ней почти можно было захлебнуться.

Едва успевший с трудом встать на колени, Григорий опустил глаза и посмотрел на кровавое пятно, расплывающееся по его врачебному халату в районе живота.

Последовавший за этим истошный, пропитанный болью крик, походил на нож, воткнутый мне в сердце. Кричащая Елена бросилась к деду. Её порыв оказался столь сильным, что даже удерживающие её мужчины не смогли остановить хрупкую девушку.

— Нет! Нет, нет, нет! Дедушка! Нет, пожалуйста, только не это…

— Видишь, Александр, — Андрей повернулся ко мне.

— Через несколько минут он умрёт. Но ты не переживай. Пусть перед этим ощутит то, что ощутил я. Пусть почувствует мою боль.

Ствол пистолета переместился и оружие нацелилось на рыдающую девушку, что всеми силами пыталась зажать рану стонущего от боли старика.

Но даже со своего места я видел, как тщетны её старания. Под упавшим на пол Распутиным уже расплывалось кровавое пятно.

— Или? — рассуждающим тоном сам себя спросил Андрей.