Адвокат Империи 15

И сидящий рядом с ним граф в качестве дополнительной страховки. Тяжёлая артиллерия на тот случай, если Николай сочтёт захват живьём слишком расточительным мероприятием.

— Пошли, — сказал Николай, открывая дверь машины, где они в одиночестве сидели с Константином.

— Ну наконец-то, — нетерпеливо отозвался тот.

Воздух пах рыбой, сыростью и чем-то едким. Наверно, технические жидкости или топливо, решил Николай, поморщив нос. Даже на холоде запах был довольно ощутим, и ему не хотелось представлять, что тут творилось летом.

— Ну что? — спросил Браницкий, вытянув руки и потянувшись. Кажется, что он не обращал никакого внимания на идущий снег. Даже пальто своё надевать не стал, оставив его в машине. — Я пошёл?

— Ещё пока рано, — отозвался Николай, ткнув своей тростью в снег. — Сначала я хочу…

Что-то ударилось в золотистую невидимую преграду прямо перед ним и исчезло в крошечной вспышке. Спустя секунду до них донёсся раскатистое эхо выстрела. Николаю не нужно было смотреть, чтобы знать, что только что случилось.

Один из янтарного цвета камней, которыми был инкрустирован браслет на его левой руке, только что треснул и раскололся от перегрузки.

Тряхнув рукой и позволив потемневшим осколкам выпасть из рукава на снег, Меньшиков спокойно посмотрел в ту сторону, откуда до него донёсся приглушенный басовитый хлопок выстрела.

В тот же миг он успел заметить короткую вспышку на верхушке крана, и очередная пуля ударила по второму щиту, уничтожив ещё один камень в браслете.

Крайне крупный калибр, да ещё и патроны, похоже, непростые, раз смогли с одного попадания моментально разбить его барьер. Но сам Николай даже не дёрнулся.

Во-первых, на браслете оставалось ещё одиннадцать камней.

Во-вторых…

— Константин, будь добр, — попросил князь, указав рукой в сторону поднимающегося над территорией порта крупного портового крана.

— С превеликим удовольствием, — усмехнулся тот и поднял руку.

Появившийся на его ладони огненный шар вспыхнул светом столь ярким, что Николай на миг отвёл взгляд в сторону.

Похоже, что и невидимый им отсюда стрелок понял, что всё очень плохо, а потому моментально выстрелил в новую цель."

"Браницкий вздрогнул, когда пуля прошла через грудь насквозь, разорвав грудную клетку и вылетала с другой стороны, зарывшись глубоко в окропленный кровью самого графа грязный снег.

— Ха! — усмехнулся тот. — Не плохо! Теперь моя очередь.