Адвокат Империи 4

Закрытых с существенной пользой для клиентов, что отражено в бумагах. Так что тут сплошные плюсы. Особых косяков за мной тоже не водилось. Тут я был абсолютно спокоен.

— Ну что, ребятки, — прозвучал знакомый голос за нашими спинами. — Пришла пора решить вашу судьбу.

Обернувшись, увидел улыбающееся лицо Игнатова. Он как раз вышел из-за угла коридора вместе со Светланой Сергеевной. И, как я успел отметить, выражение лица у нашей владычицы отдела кадров было не особо довольное.

Затем они зашли в отдел, вновь оставив нас ждать у входа.

Первым вызвали Виталия. Тихий парень просто зашёл внутрь и пропал. Хотя, наверное, не стоило ждать, что он просто войдёт и ему тут же скажут, да или нет. Как правило, такие разборы могли продлиться довольно долго.

Пока ждали, ко мне подошёл Розен.

— Кстати, хотел спросить. Насчет того дела с акциями…

— Я ничего не знаю, — покачал головой. — Если ты хотел спросить об этом. После того нашего разговора начальство эту тему больше не трогало. Все данные у них есть, так что, думаю, они там и без нас прекрасно разберутся.

Если ты, конечно, хотел именно это спросить.

— Да не совсем, — произнёс Розен и понизил голос. — Короче. Я тут снова решил покопаться в документах на те опционы. И заметил одну странную шутку.

— Ты о чём?

— Помнишь, я говорил, что они играются от валидности?

— Ну и?

— Так вот. Не знаю, что именно случилось в последнее время, но она пошла вниз. Совсем чуть-чуть, но тенденция к снижению уже становится заметной.

Так. Вот сейчас я заинтересовался.

— А поподробнее?

— Да нет у меня никаких подробностей, — хмыкнул он. — Просто говорю тебе, что та ситуация, при которой, очевидно, их собирались выкупить, скоро может произойти. Вот и всё.

— Что, вот так просто? — не поверил ему.

— Ну нет, конечно. Я же говорю, что прямого падения валидности пока нет. Но если случится какое-то громкое событие, которое может повлиять на это, и она стремительно начнёт снижаться, то прибыль по этим опционам может быть даже больше.

— Больше — это на сколько?

— Без понятия, — честно признался он.

— Но если бы спросил меня, то я бы ставил на увеличение чистого дохода с каждой акции в плюс пятнадцать, может быть, двадцать копеек за рубль.

— То есть сумма в четыреста миллионов, о которой ты говорил…

— Ага. Она может быстро вырасти до полумиллиарда. А может быть, и больше.

Хм-м-м-м… Это значит, что… да без понятия, если честно. Надо будет сообщить Роману. К сожалению, в торговле ценными бумагами я был не особо силён.