— И? Что мы будем делать? — несколько сменил он тему разговора. — Если всё так, как он сказал, то с точки зрения прошлого он действительно…
— Безопасен? — предложил Распутин.
— Бесполезен? — высказал свой вариант Уваров, а затем пожал плечами.
— Скорее уж бесперспективен, — выдал Распутин. — Но только с точки зрения прошлого.
— Ну, учитывая, какое нас может ждать будущее, у парня огромный потенциал занять место отца рядом с Алексеем.
Григорий поморщился. Его до сих пор коробила привычка Василия называть нынешнего Императора по имени.
— Посмотрим, — не стал спорить с ним Распутин. — Главное сделать так, чтобы он до него дожил.
— Ну, один вариант у нас есть. Кстати, ты мог бы…
— Не мог, — сразу же зарубил эту идею Григорий. — Ты не знаешь, как он относится к этому, Василий. Просто поверь мне. Если бы я сказал ему об этом сейчас, Рахманов сбежал бы отсюда впереди собственного вопля.
— Ну, рано или поздно информация о нём распространится достаточно широко, чтобы ему пришлось задуматься о собственной безопасности.
В этом плане Распутин был с ним полностью согласен. Другое дело, как это сделать так, чтобы вся задумка не вышла им боком?
— Посмотрим, — наконец сказал он. — Время ещё есть.
Глава 16
— Ну как? Нашел что-нибудь?
Я поднял свои уставшие и покрасневшие от долгой работы с бумагами глаза и посмотрел на заглянувшего в комнату Громова.
Первую и, чего уж тут скрывать, весьма соблазнительную мысль послать его куда подальше я откинул.
А что такого? Пять часов назад я буквально сдох, между прочим. Не тот опыт, который первому встречному пожелаешь, так-то.
— Нет, пока не нашёл, — раздражённо ответил я, вновь возвращаясь к работе
Громов постоял пару секунд в проходе. Я ожидал, что он сейчас развернется и уйдет, как это бывало каждый раз, когда он приходил, а я сидел над документами.
Но нет. В этот раз ему удалось меня удивить. Он зашел и подошел к столу.
— Давно тут сидишь?
— С шести часов, — не поднимая головы, отозвался я, впившись глазами в очередную финансовую выписку.
— Ты в курсе, что уже двенадцать?
— Да, спасибо, майор очевидность. Я знаю…
— Ты паршиво выглядишь…
— Слушай, Громов, что тебе надо, а? Ты хотел, чтобы я тебе помог? Я помогаю!
— Я просто сказал, что ты паршиво выглядишь, — невозмутимо повторил он.
