Блин, а ведь ночью это место выглядит иначе. И, что, наверное, приятнее, гораздо тише. Даже большая часть света не горела. Освещение работало только в паре кабинетов.
Ладно, сейчас не время предаваться глупым мыслям. Прошёл по коридору и свернул, направившись к архивам. На моё счастье, в выписке имелся номер документа, к которому она была сделана. А значит, по нему я смогу найти оригинал. Благо система работы с документами в фирме организована на высшем уровне.
Уж я-то знаю. Сколько мы там вечером просидели с народом, пока документы сортировали.
Добравшись до дверей архива, достал свой пропуск и прислонил к электронной панельке на стене. Та недолго подумала, а затем мигнула мне вредным красным огоньком.
— Что за фигня.
Я нахмурился и приложил пропуск ещё раз. Я точно помнил, что тот допуск к архивным документам, что сделал мне Роман, всё ещё должен действовать.
Только вот несносному замку, похоже, оказалось абсолютно наплевать на то, что он там кому-то что-то должен.
— Кто здесь? — услышал я строгий голос.
Повернул голову и почти сразу же зажмурился, когда в лицо мне ударил свет от фонарика. Учитывая, что в коридоре было довольно темно, эффект оказался ослепительным.
— Кто вы? — услышал я вопрос, прикрывая глаза рукой.
— Александр Рахманов, — сказал я. — Дружище, ты в глаза-то не свети.
— А, прошу прощения.
Луч фонарика тут же оказался направлен в пол, перестав бить по глазам. Чутка проморгавшись, уставился на охранника. Хотелось бы сказать, что раньше я его тут не видел, но… Я вообще нашу охрану редко видел. Всего пару раз по вечерам, когда сам тут задерживался в отделе, а эти ребята совершали обходы. О, и ещё видел, когда Марину задержали.
Правда, долго думать я не смог. Охранник по-прежнему с подозрением смотрел на меня.
— Ещё раз, кто вы? — настороженно переспросил он.
— Александр Рахманов, — повторил я и достал из кармана свой рабочий пропуск. — Работаю в отделе «Pro Bono».
— В каком отделе? — нахмурился тот, подходя ближе.
— Бесплатных дел, — пояснил я, не сразу подумав, что ему может быть известно распространенное выражение нашей богадельни.
— Ясно. Стойте здесь и дайте пропуск. Я проверю.
Достав рацию, он связался с кем-то и прочитал мои имя и фамилию. После чего получил быстрый ответ, что, мол, да. Есть такой.
