Он вальяжно стоял у окна, засунув руки в карманы брюк, и даже не подумал протянуть мне ладонь для приветствия.
Впрочем, оно, наверное, неудивительно. Какой смысл тянуть ладонь тому, кого ты позвал сюда убивать, ведь так? По крайней мере, именно об этом он и думал.
Что же. Это даже хорошо. Когда противник тебя недооценивает, то теряет бдительность.
— Сергей и Мария Юдины доверили мне вести это дело от их имени, а значит, их присутствие не требуется, — произнёс я уверенным тоном.
— Может быть, у вас в таком случае и доверенность от их имени есть? Ну, знаете, такая бумажка, позволяющая работать подобным образом? — тут же чванливо уточнил сидящий в кресле мужчина лет пятидесяти.
Я быстро его осмотрел. Невысокий. Полноватый с широким лицом. Но костюм хороший. Очень хороший. Как и дорогие золотые часы на левой руке. На носу очки в тонкой оправе. Мужик абсолютно спокоен и уверен в своих силах. Сразу видно — акула.
— Да, уверен, что таковая у меня имеется, — хмыкнул я и, поставив собственный портфель на стол, достал из него подписанный супругами листок бумаги.
Быстро осмотрев его, больше для вида, чем по необходимости, передал сидящему за столом адвокату. Тот потратил несколько секунд, чтобы пробежаться глазами по документу, после чего поджал губы и деловито кивнул.
— Да, действительно. У этого молодого человека и правда есть право вести переговоры с нами, равно как и подписывать соглашения от имени истцов, — произнёс он, передав доверенность обратно мне.
Ещё бы у меня не было такого разрешения, ведь… А, да чего скрывать, у меня его и не было.
"Сергей с Марией так и не согласились дать мне столь широкие полномочия, как бы я ни пытался убедить их в этом. После предыдущего предательства, которое обошлось их фонду такой дорогой ценой, они никогда бы не пошли на что-то подобное, боясь потерять контроль над ситуацией. Похоже, что после случая с «пропажей» денег они окончательно утратили доверие к кому бы то ни было. Даже к тому, кто должен представлять их интересы.
Абсурдно, но для меня так даже лучше.
Так что мне пришлось сыграть не по правилам, подделав их подписи на доверенности. В противном случае Арсеньев или, что более вероятно, его адвокат просто отказались бы от встречи, сославшись на процессуальные нормы.
А это в мои планы не входило. Да и не страшно это. Всё равно я ничего подписывать не собирался. Но сейчас это не так уж и важно.
— Итак, если с этой ерундой мы разобрались, — заметил я, убирая доверенность обратно в портфель.
