— Лаврентьев не мог этого знать…
В тот день я вообще не знал, что буду делать. Мысль с отелем пришла спонтанно.
— То есть кто-то наблюдал за тобой уже в тот момент, — высказал Князь абсолютно правильную мысль, до которой я и сам уже дошёл.
— Именно. Нет, конечно, вариантов может быть масса, но… — Я пожал плечами. — Не вижу смысла усложнять.
— Бритва Оккама, — усмехнулся Князь, и я кивнул.
— В конце концов фотографии почему-то оказались именно у Лазарева. И именно он их против меня использовал. Так что решение напрашивается само собой.
Князь в задумчивости почесал подбородок. А я вновь обратил внимание, что сейчас он выглядел почти так же, как и «обычно». Чистая и выглаженная одежда. Опрятный внешний вид. Длинные волосы зачёсаны назад, а ещё совсем недавно находившаяся в беспорядке и неухоженности бородка аккуратно подстрижена.
А ведь если вспомнить, то стоящая за стойкой Мария выглядела как-то уж слишком… ну нет, не радостной. Думаю, что здесь куда лучше подошло бы слово «довольной».
Похоже, что привычный мне франт наконец вернулся. И сейчас он задумчиво смотрел на меня, явно перебирая в голове один вариант за другим.
— То есть с пониманием того, что люди Лазарева за тобой следят, ты приехал сюда. Так?
— Ой, давай только без вот таких вот заходов, хорошо? — попросил и не смог удержаться, чтобы не закатить глаза. — Я приехал сюда на такси…
— Не особо надёжный способ, если ты не в курсе, — съязвил он.
— С другого конца города, — продолжил я, пропустив его слова мимо ушей.
Князь хмыкнул себе под нос и кивнул.
— Ладно. Справедливый намёк, и я его понял. Так что тебе надо? Сказал, что хочешь, чтобы от тебя все наконец отстали, да только…
— Амбициозно звучит, да? — усмехнулся, чем вызывал у него ответную усмешку.
— Не без этого, Александр. Видишь ли, в твоем случае сделать это будет не так уж и просто.
— Согласен, но способ есть. Точнее, мне кажется, что он есть. Но для этого мне нужно знать ответ на вопрос. Почему убили Разумовских?
Едва услышав мой вопрос, Князь поморщился.
— Я уже говорил тебе…
— Ага. Да только давай по-честному. Мне плевать. Сейчас на кону стоит моя жизнь. И я хочу знать правду.
