Адвокат империи

Вы уверены, что барон не сможет…

— Отказаться от сделки? — уточнил я и, когда Света кивнула, отрицательно покачал головой. — Нет. У нас подписанный им документ. Там не только его собственная подпись, но и родовая печать. Эти документы имеют абсолютную юридическую силу. И даже если он и подумает о том, чтобы неожиданно дать заднюю, это будет значить, что и мы не обязаны выполнять условия.

— Условия? — Светлана удивлённо посмотрела на меня. — Я не понимаю. Я что-то должна…

— Нет, ничего такого, — поспешила успокоить женщину Марина.

Эти слова удивительным образом успокоили Светлану. Мы ещё немного посидели, разговаривая. Допили чай. Заодно Марина пообещала лично решить все проблемы, связанные с переводом денег и оформлением нового жилья.

Уже несколько позже, когда мы ехали в машине, я решился задать интересующий меня вопрос.

— Кто это был?

— О чём ты? — спросила Марина, явно погруженная в свои мысли, и не сразу сообразила, о ком я говорил.

— Оливия.

Стоило произнести имя, как сидящая рядом со мной девушка изменилась в лице. Будто кто-то плеснул тёмных красок на яркое цветное полотно.

— Слушай, если не хочешь отвечать, то не нужно, — добавил после того, как её молчание затянулось почти на полминуты.

— Да нет. Всё норм, — выдавила она, прикусив губу. — Она училась со мной на одном курсе. Та ещё стерва.

— Да это я уже понял.

— Нет. Поначалу я тоже так думала. Она простолюдинка. Такая же, как я. Просто из довольно-таки богатой семьи. Знаешь, мы сперва даже подругами были. Хорошими подругами.

— Чего? С ней? — Я даже удивился, вспомнив, как эта дрянь разговаривала с Мариной. — Классическая же злая сука, как по мне.

— Это сейчас, — с какой-то грустью сказала Марина, глядя в окно. — Вначале она такой не была. Нет, ты не думай, будто она была супер-пупер добрая и отзывчивая. Но… она действительно была моей подругой.

— Так что же случилось?

— Я точно не знаю. Слышала лишь, что у её отца появились серьезные проблемы. Они потеряли очень много денег. И с тех пор Оливия начала меняться. Стала более холодной. Настоящей злой сукой. Тут ты правильно сказал. И чем дальше, тем хуже."

"Ясно-понятно. Я это прекрасно понимал. Из-за проблем в семье и резкой потери богатства, к которому она привыкла, Оливия стала самоутверждаться за счёт других. По крайней мере, я так думал.