И не ровен час, стража нагрянет сюда, в поисках ускользнувшей преступницы…
Глава 3
– Ладно, – она со вздохом посмотрела на джинию. Та пока была единственным источником знаний. – Этот гном… Брок, сказал, что навел ее на клиента и прикрывал, пока она его “обрабатывала”. Ты что-нибудь знаешь об этом?
– Почти ничего, – Джайнна пожала плечами, – госпожа выпускала меня из кулона только здесь, в доме. Чтобы я не теряла силы.
– Но ты ей наверняка помогала?
Это подтверждали слова самой джинии, сказанные вначале разговора.
– Я шила наряды и костюмы, иногда создавала дорогую бумагу, ленты или духи для писем. Просто брала дешевые и добавляла чуточку магии.
– А Мэль вела записи?
Кира вспомнила педанта-начальника. Тот часто путал партнеров, сообщая им противоположные сведения, но при этом всегда четко записывал, что и кому соврал.
– Вроде в шкатулке под изголовьем что-то лежит, – нехотя призналась джиния и снова втянулась в кулон.
Наверное силы кончились.
Кира вздохнула, подошла к указанному предмету и застыла в размышлениях: стоит ли сейчас лезть под резную “подушку”? Или лучше отдохнуть, а в бумаги заглянуть позже? Пожалуй, лучше сразу, все равно сейчас не уснет!
Подняв крышку возвышения, похожего на треугольный сундук, девушка извлекла пухлую рукописную тетрадь и тяжело вздохнула: ох, как давно она не читала тексты, написанные от руки! Пожалуй со школы! Но делать нечего.
Открыв сафьяновую обложку, Кира погрузилась в чтение, уже не удивляясь тому, что легко приноровилась к незнакомому тексту.
Да и чего удивляться, если устная речь ей тоже далась без проблем.
На обложке аккуратным каллиграфическим почерком было выведено: “Личный дневник Анны-Марии-Селесты дю Ренес”. Рядом красовалась схематичная конфетка на палочке и еще размашистая подпись “Карамель”.
А дальше…
Через полчаса Кире пришлось поискать, чем можно утереть слезы. Хозяйка дневника коротко писала о смерти близких, приюте, как внезапно обнаружила собственную исключительность и… получила предложение от воровской гильдии.
Погибающая в нищете сирота не раздумывая приняла предложение моложавого красавца. Ей повезло. Она попала под опеку не к вору или убийце, а всего лишь к брачному аферисту."
"Некий Жак-Мишель-Кристоф был на восьмушку эльфом и очень недурно жил на деньги влюбленных вдовушек, наивных невест и состоятельных матрон. Напарница сначала изображала его дочь, потом сестру.
