– Видите ли, профессорское звание нужно подтверждать официальной публикацией научных трудов. К тому же у профессора есть обязательства перед Академией магии. Ежегодно он обязан прочитать шесть лекций, провести два практикума и посетить четыре симпозиума от имени Академии, чтобы поддерживать престиж учебного заведения.
Кира мысленно присвистнула. Получается, профессор должен был являться в Академию минимум раз в месяц! Да еще и материал готовить для выступлений: наверняка от него каждый раз требовали что-то новое.
Разве в таких условиях можно работать в лаборатории на себя? Проще откупиться от Академии чем-нибудь… Или кем-нибудь…
– Значит, ты компромисс между Академией и профессором, – догадалась она. – Наверное, твои родители заплатили за это немало денег?
– Моя мама Второй Цветок на Старшей Ветви Западного леса, – парень упорно смотрел в пол, и Кира заподозрила, что у дриад в лесу принят матриархат.
Очень уж выразительно этот Альт прятал взгляд и трепетал длинными ресницами.
– То есть, говоря человеческим языком, твоя мать – принцесса, и королевская семья поддерживает Академию деньгами?
– Так принято. – Он бросил на нее быстрый взгляд, в котором сквозила гордость. – Я оказался самым талантливым листком из маминой ветки, и профессор выбрал меня из других аспирантов: сказал, что от меня вреда меньше.
Молодой дриад усмехнулся и тут же потупился:
– Я обиделся и не поверил ему, пока не увидел его лабораторию!
Восторг в прозрачных зеленых глазах был неподдельным, насколько заметила Кира.
Да этот Альт Клеменс и впрямь настоящий фанатик алхимии!
Однако до исследований профессора они так и не добрались. Ладно. Вспоминаем сериалы про следователей и… делаем строгое лицо!
– Уважаемый, – девушка постаралась сказать это как можно холоднее, – а чем вы занимались в лаборатории профессора?
Дриад вытянулся в струнку, сложил тонкие кисти на коленях, как пай-мальчик, и наконец-то заговорил по существу.
Постепенно Кира выяснила, что лаборатория Марселя де Рильона делилась на две части.
В первой – занимавшей три четверти здания – аспиранты готовили зелья на продажу по рецептам профессора. Причем делали их не полностью, только смешивали базовые компоненты. Они разливали их во флаконы и выставляли незакрытыми на стол.
Профессор выходил из своего кабинета, отделенного от основной лаборатории плотной перегородкой, и что-то добавлял во все пузырьки.
