Аферистка по призванию. Книга II

Может, это был один из ассистентов Рильона? От него чем-то пахло, например, реактивами?

— В Академии есть настолько сильные студенты? — скептично хмыкнул князь.

— Вряд ли, — удивленно отозвалась Кира. Память подкинула мягкий, едва уловимый травянистый аромат, оставивший привкус на языке. — Его плащ пах травой, дождем или влажным деревом, чем-то таким, лесным.

Мужчины переглянулись. А Кира почувствовала, как к горлу подкатывает клубок тошноты. Ее едва не задушили, причем без всяких сантиментов.

— Господа, взгляните! — позвала девушка, вглядываясь в лужайку. — Там что-то блестит!

На этот раз первым отреагировал волк. Легко выпрыгнул из окна, пошарил в траве и с видом победителя поднял вверх кулак, из которого свисал шнурок с узкой медной пластинкой.

— Это академический пропуск, — сообщил он. — Такие выдавали студентам профессора Рильона для прохождения практики в его лаборатории.

— А можно узнать, кому именно выдали этот пропуск?

Кира настороженно осмотрела территорию вокруг здания и спряталась обратно.

— В прихожей должна быть книга посещений, — Вегард подтянулся и молодецки перемахнул через окно обратно в кабинет. — Там записаны имена студентов и номера выданных им пропусков.

Иномирянка быстрым шагом направилась в прихожую. Там действительно лежал растрепанный гроссбух со следами влаги и земли на страницах. Быстро пролистав его, Кира уточнила:

— Капитан, какой номер у этого жетона?

— Сто семнадцать, — отозвался оборотень, успевший нагнать даму-детектива."

"Вампир, который теперь не отходил от Киры и на шаг, заглянул ей через плечо.

— Неразборчиво, Жак… Жюв… — пробормотала она, водя пальцем по строчкам.

— Жеф! — всмотрелся в страницу Алистер. — Кажется, именно так звали того несчастного, которого в кабаке убила клятва!

— А его дружка зовут Киф, — вспомнила девушка.

— Верно! — капитан тоже взглянул на потрепанную страничку. — Похоже, студент либо добровольно кому-то передал свой жетон, либо его украли. Но в свете последних событий смею предположить, что этот “кто-то” и тот, кто взял с него клятву верности — одно лицо.