Всё в норме, так что можем взлетать. Для начала нужно выполнить контрольное висение.
Медленно поднимаю рычаг шаг-газа. Вертолёт завибрировал, но стоит на полосе как вкопанный. Ещё подтягиваю рычаг, но только совсем чуть-чуть оторвались от бетона.
Ми-24 висит, но очень тяжело. Выше никак не хочет карабкаться. На такой высоте в разгон не переведёшь вертолёт. Но я и не планировал.
— Маловато будет высоты, — расстроено объявил Кеша.
От полосы и правда отошли меньше чем в 50 сантиметров. Бывает, что и вертолёт висеть не может, но разгоняешь по полосе и всё хорошо.
Так и сделаем! С некоторой поправкой.
— Кеша, тебе из-за мешка приборы видны? — уточнил я.
— Да, а что?
— Не смотри на них. Сейчас я тебе покажу, как взлетают в самых редких случаях.
Вновь зажал тормозную гашетку, чтобы вертолёт стоял устойчиво. Поднимаю рычаг шаг-газ, одновременно готовясь отклонить ручку управления от себя.
Сначала ничего не происходит. Вертолёт как стоял, так и стоит. Медленно поднимаю рычаг, и вот уже Ми-24 начал реагировать.
Гашетку отпустил, и хвост начал постепенно приподниматься.
— Командир, у нас задница поднялась, — запереживал Кеша, когда на авиагоризонте тангаж стал 5°.
— Так задумано, — объяснил я.
Линия горизонта начала подниматься вверх. Перед глазами только серый бетон и белая осевая линия полосы. Тангаж увеличил до 8°. Вертолёт медленно разбегается, но скорость растёт не так быстро.
— Скорость 30… 40, — отсчитывал Кеша.
Всё же посмотрел на приборы! Не испугался. Глядишь, толк из него будет.
Хвост слегка начал опускаться, но я опять отклоняю ручку управления вперёд. Положение на носовом колесе нужно держать.
Усилия на ручке управления большие. Не так и просто держать подобное взлётное положение.
— Скорость 60… 70, — продолжал считать Кеша.
Чувствую, как вертолёт уже готов отделиться. Отклоняю ручку на себя, и мы начинаем отходить от полосы. Высоту набираем медленно, но уверенно.
— Фух! — выдохнул Кеша. — Возможно, надо было ещё ящик апельсинов взять?
— Обойдёшься, — ответил я, выполняя отворот в сторону Баграма.
Через 40 минут мы произвели посадку. Она вышла менее проблемной, чем взлёт. Пока заруливали, я заметил, что нас уже ожидает несколько автомобилей. Тут и начальник тыла, и его подчинённые для разгрузки продуктов.
После выключения, я быстро вылез из кабины, чтобы подойти к тыловику и выяснить про столь срочную задачу.
— Товарищ подполковник, вопрос разрешите? — спросил я, поздоровавшись с ним.
