Тося пыжилась, возносила руки к небу, ходила рядом, но разговаривать со мной не решалась.
— Саш, ну раз уж мы здесь, давай погуляем.
— Вставай рядом и гуляй.
— Клюковкин, ножками обычно гуляют. Что это за стоячая гулянка?
— Присоединяйся, и тебе понравится.
Пару минут Антонина дулась, а потом встала рядом. Приятный аромат духов девушки перебивал цветочные запахи. В молчанку тоже долго играть не стоит. Я спросил у Тоси, как она умудрилась свалить из Афганистана.
История про больничное оборудование, которое погрузят в Ил-76 на аэродроме Мигалово в Калинине, а потом доставят в Баграм — похожа на правду.
Одно непонятно: — Тося тут при чём?
— А что тут такого? Мы раненых сопровождали. Или думаешь, я из-за тебя сюда приехала?
— Конечно. Подруга тебя свела с парнем. Только вот им оказался я. Совпадение? Не думаю.
Пока Тося ворчала, пытаясь оставить за собой право последнего слова, с воды начали взлетать утки. И это не очень хорошо.
— Знаешь, Клюковкин, ты оборзел. Думаешь, я вот так могу приехать из-за тебя с другого конца страны?
— Факты — вещь неумолимая.
Нам бы в сторону отойти.
— И не подумаю!
А стоило бы! К нам приближалась стая уток, которая после обильной кормёжки явно захочет сбросить «балласт».
— Пошли говорю, — повысил я голос, но было поздно.
Неумолимое надвигалось на Тосю, которая в порыве злости бродила на расстоянии нескольких шагов передо мной. И надо же такому случиться, что она оказалась в эпицентре коллективного недержания уток.
«Бомбардировка» была страшной!
— Твари! Ненавижу! — ругалась Тося, чья блузка стала похожа на шкуру далматинца.
Никогда бы не подумал, что в утках содержится такое количество помёта.
— Да что же это такое⁈ Я два часа волосы крутила! — орала на всю улицу Тося, над которой начали посмеиваться молодые парни и девушки.
В такой ситуации бросить даму, совесть не позволяет.
— Я страшная! — ревела Антонина.
— Пойдём. Я помогу.
Мы спустились к реке и начали отмывать блузку. Следом приступили и к голове. На наше счастье, это удалось сделать достаточно быстро.
Солнце уже почти село, и с каждой минутой становилось прохладно. У Тоси уже зуб на зуб не попадал, так она дрожала от холода. Пришлось делиться с ней тёплой кофтой.
Я завёл её за спину и сказал снимать блузку.
— С… умааа… сош… ёл? — дрожала Тося, возмутившись предложением о мимолётном «стриптизе».
— Переодень мокрую блузку. У тебя два варианта — простуда или раздеться. Как медик, ты лучше меня знаешь, что полезнее в данной ситуации.
