Рядом с ним его постоянный спутник начмед Иванов.
Сложно было бы не заметить, что у Кислицына на лбу большой синяк. Как он такую отметину смог получить, непонятно.
Веня был в шоке. Ощущение, что он первый раз увидел подвыпивших людей. Скривил физиономию так, будто ему под нос насрали.
— О! Клюковкин! Рад видеть на своих двоих. Как там новый этап карьеры? — поздоровался со мной Кислицын, дыхнув стойким амбрэ.
— Достиг определённого успеха, Владимирович!
— Зайдёшь потом ко мне. Нужно тебе сироп дать для профилактики, — добавил Марат Сергеевич.
Весёлая парочка, увидев суровый взгляд командира, привела себя в порядок и выпрямилась.
— Сергеич, ну ладно замполит, он головой ударился при посадке. Ты то чего сегодня «на кочерге»?
— Командир, каюсь. Готов ещё раз слетать на пост.
— Я тебе дам на пост. С Кислицыным больше не летаешь. Со мной будешь по дальним постам летать и аскорбинку развозить, понял?
— Есть, товарищ командир. Мы пойдём. Там в медпункте…
— Идите уже, охламоны!
Иванов и Кислицын ушли.
Следом в палатке скрылись и Бага с Магой. Остались только я, комэска и Веня.
— Ну, всё узнал? Вот тебе был и начмед, и замполит.
— Ефим Петрович, ну это же… просто… бардак какой-то! — воскликнул Шаклин.
— Это не бардак, а повседневная жизнь подразделения на войне. Привыкай, — похлопал я по плечу командира звена.
Шаклин фыркнул, развернулся и ушёл.
— Задержитесь, Вениамин, — остановил его Енотаев.
Намёк комэски я понял. Мне находится при разговоре двух старших по званию и должности не нужно.
Разложившись в палатке, я немного прилёг, чтобы поспать. Сдача документов в штаб подождёт.
И только голова коснулась подушки, глаза сразу начали закрываться сами собой. Атмосфера в палатке располагает ко сну. Приятный ветерок с улицы, посапывание в дальнем углу кого-то из пары кавказских братьев Баги и Маги. А главное — успокаивающий гул винтов вертолётов, пролетающих где-то над городком.
И вижу я во сне, как снова наступают духи в той самой расщелине. Только я уже один и рядом никого.
В руках автомат, но нет сил нажать на спуск. Жмёшь сильнее, но выстрела не происходит. Духи всё ближе. Чёрные одеяния сливаются в единую массу. Она надвигается и с каждой секундой всё ближе…
Вдруг раздался оглушающий грохот. Открываю глаза и обнаруживаю себя взмокшим. Не самый хороший сон мне приснился.
Пытаюсь понять, что же так громыхнуло. Увидел, как на входе в палатку знакомый силуэт, похожий на медвежонка, копошится с вёдрами и железными тазиками.
