Начинаю снижаться, а давление в гидросистеме продолжает падать.
— Валера, приготовиться к посадке, — подсказал я борттехнику.
Выровнял вертолёт. Пока он ещё управляется от основной системы.
— Шасси… выпустил, — сказал я по внутренней связи.
— Высота 15, 10, 5. Обороты 95%, — дал отсчёт Кеша.
Во все стороны летят куски сухой травы, камни и пыль. Проходим вперёд, чтобы нас сразу не накрыло.
— Отказала основная гидросистема, — возвестила девушка РИта.
Но в этот момент мы коснулись поверхности. Чуть прокатились по земле вперёд, и я зажал тормозную гашетку, чтобы остановиться.
— Выключение. Покинуть борт, — скомандовал я.
Не успела пыль осесть на площадке, как разведчики заняли оборону вокруг вертолёта. Я вылез из кабины и осмотрелся по сторонам.
— Распределились по секторам. Связь с командиром группы, — командовал старший из разведчиков.
У спецназа свои уникальные фразы и «радиообмен» с указанием конкретных действий для каждого бойца.
Вокруг сплошная степь. За спиной очертания гор, которые на фоне серо-жёлтой земли выглядят чёрной стеной.
Палящее солнце и сухой воздух, оставляющий на губах частицы песка.
— Сань, иди сюда, — позвал меня Кеша, который с Валерой залез на вертолёт и уже раскрыл капоты двигателей.
Мне и на расстоянии было понятно, что дело — дрянь. Жидкость АМГ-10 начала уже вытекать. Вертолёт никуда не полетит, пока мы не устраним поломку.
— Что скажешь, Валер? — спросил я.
— Пока ничего. Надо найти причину. Пока покурите, — ответил бортовой техник.
Кеша слез вниз и тоже начал занимать место в боевых порядках разведчиков. Да так отчаянно, что упал прямо лицом в песок. Выплюнул всё, что насобирал при этом в рот, и приготовился к стрельбе.
— Иннокентий, идём со мной, — сказал я, заметив улыбающегося старшего группы.
— А если попрут на нас? Что делать будем?
— Даже не думай об этом. Сглазишь. Зная твой уровень везения, мне уже не по себе становится.
Пока я разговаривал с Кешей, на посадку зашёл Ми-24 Шаклина и десантировал оставшихся членов группы.
Как только все оказались на земле, Веня взлетел и начал кружить над нами.
— Понял. Товарищ лейтенант, это вас, — позвал меня радист спецназовцев.
Взяв в руки тангенту, я прислонил к уху гарнитуру.
— Слушаю, 301й.
— Как обстановка?
— Пока определяемся. В гидросистему попали. Бортовой смотрит.
— Понял. У меня топлива на пять минут, потом ухожу. Бросать вертолёт не будем. Техпомощь вам соберём и сразу пришлём, как принял?
— Принял.
