— Начбез тебе показывал мой рапорт? — спросил замполит, отведя меня в сторону от входа в палатку.
— Он о нём упоминал. И знаешь, Владимирович, он не особо хочет давать ему ход.
— Либо ему не дают это сделать. Тогда ещё один вопрос. У тебя в штабе дивизии «контакт» остался?
Уж не про Леночку из строевого отдела спрашивает замполит⁈ Интересное он подобрал название девушке — «контакт». Что-то из шпионских игр."
"— Если вы про красавицу из строевого, то мы давно не общались.
— Слушай, попробуй узнать про Баева.
Он какой-то рапорт написал на нас. Чтоб нам потом на партсобрании не выглядеть идиотами, лучше знать, что он про лётчиков эскадрильи написал. Про тебя однозначно что-нибудь, да намазюкал.
Нашёл разведчика! Как будто он сам не может выяснить содержание.
С другой стороны, мне самому интересно, почему Баев убегал сегодня в штаб с видом сытого волка, а на вечернем «собрании» выглядел как побитая собака.
— Сергей Владимирович, я и сам вижу, что командир эскадрильи совершает ошибку за ошибкой.
И отношение его к коллективу вызывает вопросы.
— Прекрасно. Как узнаешь, мне скажи…
— Но давайте не будем опускаться до действий за спиной этого человека. Тем более, подставлять девушку.
Замполит внимательно посмотрел на меня и молча кивнул.
— Как знаешь. Тогда сходи завтра и узнай судьбу наградных на погибших, — ответил Кислицын.
Хитро! Вижу по глазам замполита, что он увидел мою заинтересованность в информации по рапорту.
Возможно, узнаю, но вот бежать и спотыкаясь, чтобы доложить Кислицыну, не буду.
На следующее утро планы поменялись кардинально. Приезд командующего откладывался. Зато состоялся отъезд командира 109й мотострелковой дивизии полковника Кувалдина в Кабул на совет. Обычно это значило, что операция вступает в стадию планирования.
Ещё больше меня удивило, что наш комэска полетел командиром на Ми-8 доставлять Кувалдина в столицу. Обычно он себя не утруждал перевозками на «пчёлах».
А тут даже утром указания не раздал, за себя никого не оставил. Да и назначенного на перевозку командира экипажа выгнал чуть ли не из запущенного вертолёта.
После утреннего сопровождения колонны, прошедшей Саланг и следовавшей в направлении Джелалабада, было время на общение с Леночкой.
Приехав в штаб, я тут же направился к двери строевого отдела. За несколько метров до него, меня остановил Турин.
— Клюковкин, какими судьбами вас к нам занесло? — подошёл ко мне майор, и мы с ним пожали руки.
— Здравия желаю! В строевой отдел надо.
