Но медсестре уже ничего не нужно было говорить. За окном был слышен свист винтов, гул двигателей и громкие сигналы машин.
— Обход продолжи. Коллеги, в операционную. Готовьтесь. Много работы, — быстро сказал Вязину майор и вместе с другими докторами вышел из палаты.
Видимо, много раненных привезли в госпиталь.
После утреннего обхода ко мне с очередным визитом прибыл Кеша. Радостный, будто сытый бегемот. Да он и размером примерно ему соответствует. Вот что творят печеньки с молочком!
— Саныч, ты когда вернёшься? Все уже ждут, чтобы отметить, — говорил Петров, сидя напротив меня на стуле.
В небольшой авоське он принёс гостинцы из местного военторга, которые мы по большей части раздали моим соседям. Себе же я оставил пару консервов и свежеиспечённый хлеб с ватрушкой.
Сам я был не голоден, но взгляд моего друга в момент когда я убирал в сторону оставшиеся продукты, говорил о многом.
— Пока ещё лежу. Сам бы отсюда сбежал. Какие новости в эскадрилье? — уточнил я.
— Операция ещё не закончилась, но мы основные задачи выполнили.
Кувалдин говорит, что про работу нашей 363й упоминают только вскользь. Мол, «молодцы» и «большое командирское спасибо»."
"— Это нормально. Уже все привыкли, что мы хорошо делаем свою работу. Поэтому и не удивляются.
Тут Кеша слегка помрачнел и подсел ближе.
— Меня к особисту вызывали. Но не к Турину, а к какому-то другому. Я его не знаю. Нашего особиста из кабинета попросили выйти и беседовали со мной отдельно. Это по Баеву.
Петров рассказал, что вопросы ему задавали странные.
Ну для Кеши вообще такой допрос в новинку, так что он был непреклонен в суждениях.
— И что ты рассказывал?
— Да всё. Как Баев руководил, как из-за него пацаны погибли, как он нас не прикрыл и как я на него автомат наставил.
На последних словах про автомат я чуть не подавился водой, которую решил попить.
— Кеша, ты прямой, как угол на 90° градусов. Про автомат мог умолчать?
— Да они мне и не поверили. Сказали, что вам всё показалось. А я говорю, что нет.
Дали какую-то бумагу подписать, но я не стал.
На мой вопрос, прочитал ли он бумагу, Петров ответил всё так же честно, что не читал. Предполагаю, что приезжий особист выполняет функцию «отмазывания» Баева.
— А что Кислицын? — спросил я.
— Да тут всё просто. Его в Лашкаргах переводят. А нам оттуда замполита.
Вот так вот! Техничное заметание следов. Перевести человека в пустыню на юге Афганистана подальше от основной цивилизации — «грамотное» решение.
