Афганский рубеж 4

— 125-й, не отставай, — дал я команду ведомому, который слегка запаздывал с отворотами в ущелье.

— Понял.

Чем ближе к району боя, тем чаще приходится вызывать командиров группы, бьющихся в ущелье. Но пока никто так и не ответил. Моментами немного не по себе становится от такого молчания со стороны Рубина.

— Рубин-1, 102-му на связь. Рубин-2, 102-му на связь, — продолжал я запрашивать, продвигаясь всё ближе к месту боя.

По горизонту уже начиналась дымка, а облачность становилась всё ниже и ниже. Кое-где приходилось снижаться ниже установленной высоты, чтобы безопасно пройти между сопок.

"— 102-й, двумя группами прошёл рубеж 2, — доложил я в эфир о пролёте второго поворотного пункта маршрута.

— Понял вас, — успел мне ответить ретранслятор.

И тут же пошли доклады от других групп, производивших высадку десанта — кто и куда полетел, кто и кого высадил и так далее.

— Командир, видимость падает, — сказал по внутренней связи Кеша.

— Вижу. Сколько до точки начала боевого пути?

— 4 минуты, — доложил Кеша.

— Включаем главный.

— Понял.

Прошли очередную горную гряду. Уже видно, как вверх подымается дым в районе входа в ущелье Харбакай. Теперь нашей группе пора разделяться.

— 102-й, отворачиваем вправо. Хорошей работы!

— Понял. Взаимно, — ответил я Бойцову, который повёл Ми-8 в степь Торвамдашта.

Нервное напряжение перед предстоящей схваткой уже давно не испытываю. Смотрю по сторонам и контролирую обстановку.

— 2 минуты до выхода в точку, — подсказал Кеша.

В кабине продолжался гул, а в эфире непрекращающийся радиообмен. Высадка продолжалась на других участках, и вряд ли кто-то сейчас думал, что одно из подразделений на краю гибели в огненной ловушке, устроенной духами.

— 451-й, прошли конечный. Площадку наблюдаем, — лениво произвёл доклад один из экипажей.

— 451-й, повнимательнее. Ветер крутит.

— Спасибо, мил человек.

Только мудрые вечные горы, покрытые снегом, будто смотрели на нас с укором, и я ощущал этот взгляд.

И тут же слева увидел, как начался «выход» реактивных снарядов. Казалось, не только земля завибрировала.

— Арта работает слева. Ухожу вправо, — проговорил я в эфир.

Отклонил ручку управления вправо и ушёл к самому подножью горного хребта. Отвернул так резко, что ведомый только и успел среагировать в последний момент на мою команду.