Афганский рубеж (СИ)

Разговаривайте, — сказал Кувалдин и вышел.

Судя по эмблемам, вошедший полковник из авиации. По поведению — из командования, расположенного в Кабуле. А по наградам — фронтовик или замполит. Не такой уж и старый, значит, второй вариант.

— Батыров и Клюковкин, это начальник политотдела 34го смешанного корпуса, полковник…

— Берёзкин Павел Валерьевич, очень приятно. Герои! — подошёл он к нам и поблагодарил.

— Спасибо, нас уже поздравляли, — ответил ему Батыров.

— Так то дивизия, а это из корпуса. И кстати, привыкайте к названию ВВС 40й армии.

Так и хочется ему сказать: ерунду ты нёс, товарищ член Военного совета. Послушай мы тебя, и развалили бы вертолёт вместе со спасённым лётчиком.

— Связь барахлила, — решил ответить Батыров.

— Подтвердил. Всё шипело, булькало и ничего не понятно, — добавил я.

Возможно, в нашей ситуации это был самый лучший ответ.

— Ну, хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы мне показали место…

Теперь уже Батыров сам пошёл показывать. Проблема в том, что товарищ Берёзкин интересовался каждой мелочью. И сколько было духов, и откуда стреляли, и какого цвета у них глаза с трусами! Надоел."

"— Понятно. Значит, этот район опасен. Нужны сведения, чтобы выполнить удар. Ефим Петрович, разрабатывайте и мне на утверждение.

Какой ещё удар? О чём они говорят?

— Павел Валерьевич, о каком ударе вы говорите? — спросил Енотаев.

— Обычный. С применением бомб. Что у вас за вопросы?

Я смотрю на командира эскадрильи и понимаю, что он не «догоняет» мысли Берёзкина. Вроде бы мы действуем в интересах мотострелковой дивизии, а тут какие-то удары по указанию из Кабула.

— Этот вопрос вы должны согласовать с полковником Кувалдиным, — напомнил Енотаев.

— Уже. Поэтому мы его и обсуждаем. Готовимся! И этих ребят обязательно привлечь, — указал на нас полковник и вышел из кабинета.

Что-то ненормальное происходит.

Он представлял собой несколько больших палаток П-38, специальный угол для «нужников» в виде сарая, и пару походных домов-«бочек», где жило командование. Енотаев и замкомандира эскадрильи — в одной. Начальник штаба эскадрильи и замполит — в другой.

Постановку проводили прям в палатке. Енотаев пошёл на командный пункт, пока мы приводили себя в порядок.