И тут меня пронзила одна неприятная мысль: кто сказал, что дело вообще во мне? Что, если меня пытаются втянуть в какую-то игру в качестве статиста, которым можно воспользоваться и потом просто выкинуть на помойку, а цель совсем иная?
Есть ли вероятность, что Хармс злил вовсе не декана и к нему и всему нашему расследованию это не имеет никакого отношения? Сначала я думала, что имеет, слишком одновременно начались все эти события, но что, если нет? Что, если это студенческие или родовые разборки, в которые я была втянута просто случайно?
Но это тогда рушит нашу игру с деканом, а учитывая последние события и ранение Норена, я этого допустить не могу.
Кинжал взмыл в воздух сам собой, я даже не поворачивалась в сторону Хармса, но отчетливо приказала — или повелела? — в общем, точно было осмысленное волевое усилие, направленное на нож. В следующую секунду произошли две вещи: я мгновенно переключилась на магическое зрение и клинок вонзился в запястье Хармса, пробивая его насквозь и пришпиливая, как булавка бабочку, к спинке моего стула.
Парень заорал исключительно от неожиданности, привлекая к нашему столику внимание всех присутствующих в столовой. Все произошло настолько быстро, что никто ничего не успел заметить или почувствовать, и теперь все смотрели недоуменно, пытаясь понять, что произошло.
Я вскочила и наклонилась к парню очень низко, почти касаясь губами его уха, и совершенно спокойным, немного усталым голосом произнесла:
— Если еще раз захочешь со мной поиграть — пеняй на себя.
Вот такой я сейчас себя и чувствовала — спокойной и усталой.
Повинуясь моей команде, клинок выдернулся из стула, заставляя Хармса скривиться от боли — хорошо, просто отлично, — и, не снижая скорости, запрыгнул в ножны на лодыжке. После чего я покинула помещение с гордо поднятой головой.
Глава 37
На полигон я отправилась в голодном, но до крайности возбужденном состоянии — отличное начало дня! На полдороге меня догнали девочки. Они долго шли просто молча, то ли не решаясь что-то сказать, то ли не зная, как подобрать слова.
"
"— Ну что еще? — устало спросила я, останавливаясь и поворачиваясь к ним лицом. Потому что их горестные вздохи за спиной уже начали утомлять.
— Мы думали, ты знаешь… — протянула Микель. Ее сестра закивала, а вот Марьяна, наоборот, отвела глаза.
— Знаю что? — я подозрительно прищурилась. Не нравится мне вся эта пантомима.
— Ну. про Хармса. — Анель разве что ножкой не шаркнула.
