Момент уничтожения ее последнего, Заветного Яйца, запечатлел в своей скульптуре великий скульптор Брон Легот и подарил эту скульптуру нашей академии. Кстати, запишите его годы жизни.
По правде сказать, рассказ произвел на меня впечатление. Выходит, была польза и от драконов… Если бы не они, нас бы сейчас не было, а миром правили эти омерзительные существа, подобные тому, что сейчас отвращало всех в этой аудитории.
А я даже об этом не знала. Пока профессор рассказывал, я вспомнила, что слышала от бабушки про столетнюю войну, но не интересовалась подробностями.
Мало ли было в нашем королевстве войн? Тем более, она случилась так давно…
Но после рассказа Кариса я, признаюсь, была впечатлена. Это было намного более захватывающе, чем бесконечные нудные лекции про мох.
Я даже прониклась к драконам некоторым уважением.
Не ко всем, конечно, кроме одного особо наглого дракона-проректора.
– А что стало с Сольрис? – спросила я. – Аригун с Ольфозой сожгли царицу?
Карис почему-то помедлил, словно не хотел отвечать.
– Разумеется. И стали всенародными героями, – сказал наконец он. – А теперь, так как у нас осталось немного времени от лекции, я расскажу вам историю жизни великого исследователя Сланриха Када, который, как вы помните, что сделал?"
"– Который открыл магический мох! – с энтузиазмом ответил Эл Куртоль.
– Совершенно верно! – обрадовался Карис.
И пустился в путанные подробности довольно унылой жизни исследователя, после чего я перестала слушать.
– Драконы не сожгли царицу артроплевр, – тихо сказал Уль Мортен вдруг.
– У них не получилось.
– А что же они с ней сделали? – полюбопытствовала я.
– Наверное, ответ на этот вопрос знает наш проректор, – пожал плечами оборотень.
– Почему именно он? – хрипло спросила я.
Голос почему-то сел.
– Фэсс Аэлмар – прямой потомок избранных драконов, – ответил Мортен.
Что ж… Не сказать, что я была сильно удивлена. Неудивительно, что Аэлмар из такого высокого рода – с его-то замашками…
После занятия я хотела расспросить Уля про плевр поподробнее, он явно был в теме, но обнаружила, что забыла в аудитории тетради и учебники.
Так-то и шеликун бы с ними, но среди них был конспект труда одного исследователя про различные оттенки магомха, над которым я не один час корпела в библиотеке. Его нужно было показать Карису на следующем занятии, а то при отсутствии оного еще больше назадает.
Потому я предпочла вернуться.
И правильно сделала. Аудитория была заперта изнутри, что, в принципе, меня уже насторожило.
