Нужно принять правила игры и начать играть по его правилам, но действовать нужно хитрее. Нужно быть осторожнее, чтобы не совершить непоправимую ошибку.
— Отец, — перебил мысли Эндмара молодой демон, — если все так, как ты говоришь, значит, Даррена нужно срочно уничтожить. Он — угроза нашему миру!
Эндмар повернулся к Эррану. И впервые за долго время на лице правителя появилась улыбка.
— Молодец! — с гордостью произнес Высший демон, подходя к сыну и чуть сжимая ладонью его плечо. — Я знал, что ты поймешь.
Ведь не зря же именно ты мой сын, а не Даррен. Ты — моя гордость, и ты — моя надежда на будущее.
Эрран молча кивнул, не выражая на лице никаких эмоций, но в душе у него бушевал такой ураган, что он боялся, что его ярость вот-вот вырвется наружу и обрушится на того, кто столько лет скрывал от братьев страшную тайну.
Их мать не умерла при родах — это Эндмар Тан Сэррей убил ее! Убил, чтобы уплатить обещанный долг старой темной ведьме.
Эрран не позволит Эндмару убить и того, кто является для молодого мужчины самым дорогим и близким.
Он не позволит убить родного брата!
А это значит, что нужно срочно, во что бы то ни стало, предупредить обо всем Даррена.
Осталось только отправиться в Долину Снежных драконов.
Не успел Эрран додумать и окончательно сформировать в своей голове эту мысль, как в высокие, створчатые двери, украшенные замысловатым узором, довольно громко постучали, а затем в тронный зал вошел слуга.
За ним, закрывая голову капюшоном, судя по фигуре, вошла женщина.
— Что нужно? — недовольно спросил Эндмар, отходя от сына и теперь глядя на вошедших.
— К вам гостья, повелитель, — покорно склонив голов, отозвался слуга.
Женщина, что шла позади, остановилась и скинула с головы капюшон.
Ею оказалась Найрин Эллар. Женщина, которая когда-то обманом чуть не женила на себе Даррена.
— Ты-ы, — прорычал Эрран, делая шаг по направлению к ней.
Но Эндмар его остановил:
— Оставь нас, сын. Нам с госпожой Эллар есть о чем поговорить.
Не смея прекословить повелителю, мужчина крепко стиснул челюсть и, кивнув отцу, стремительно покинул тронный зал. Но прежде чем выйти, бросил на Найрин взгляд, наполненный лютой ненависти. Но ее это, кажется, совершенно не волновало. На это она лишь самодовольно усмехнулась, и все свое внимание посвятила правителю Эйроса.
Отлично. Теперь, когда внимание отца занимает эта гадина, у Эррана появился шанс предупредить обо всем брата.
