Вы отведете нас к кристаллу Силы.
Мужчина кривится, но все же кивает.
— Как скажет королева, — поднимается он со своего места, а затем, чуть склонив голову, добавляет: — Тогда советую вам собираться — до пещеры путь не близок. Но все было бы куда проще, если бы вы не отняли у нас наши крылья.
И презрение. Чистое, неприкрытое и… яростное.
О, этот тип меня возненавидел. Что ж, у нас с ним это взаимно!
Регент снова склонил голову, с немного рычащими нотками в голосе произнеся:
— Позвольте откланяться, королева Дар-р-рина.
И я его отпускаю.
Уже через мгновение, мы остались с братьями Саргат наедине.
— Что думаете по этому поводу? — спрашиваю у них.
Не понимаю, в какой момент я доверилась Эррану, но… факт есть факт. Есть в нем все же что-то такое, что располагает. Да и Даррен, насколько я знаю, полностью доверяет своему брату, а я безоговорочно верю своему демону.
— Этот крылатый явно что-то либо замышляет, либо что-то скрывает, — отзывается Эрран, хмурясь.
Я киваю и смотрю на Даррена.
— Нужно быть с ним начеку.
Мало ли что он выкинет.
Снова киваю.
— Кстати, — хмыкает Эрран, — но кое в чем он все же прав, нужно нам собираться. До пещеры, по его же словам, далековато, а долететь мы туда не можем.
— Точно, — кривлюсь. — У вас крылья замерзают.
И тут мне пришла в голову безумная мысль: а что, если…
— Собираемся! — вскакиваю с «трона» и мчусь к выходу.
Мужчины в недоумении глядят на меня, но все же идут следом.
А я… мне нужно было срочно найти Бриану. Она же, черт подери, теперь полноценный дракон! Вот она то и поможет нам как можно быстрее добраться до той пещеры, в которой находится то, ради чего мы сюда и пришли.
Глава 42
Валлар Данвар
— Как предсказуемо, — довольно улыбаясь, стою возле окна, глядя на то, как сбегает демоница. — Глупая, самонадеянная дурочка, возомнившая себя, Бездна пойми кем. Власть ей подавай.
И снова засмеялся.
Я ведь знал, что она не выдержит. Что рано или поздно сбежит — захочет найти другого союзника, который, по ее мнению, будет достоин ее «скромной» персоны.
Чего она этим добьется?
Ну, самое минимальное наказание — изгнание, а максимальное — смерть. И почему-то я уверен, что найдет она именно второй вариант. Найрин не знает, когда нужно вовремя остановиться, идя на поводу своих желаний. Это ее и погубит. Не устоит, не сумеет противиться… подастся. И сгинет.
Как же было любопытно наблюдать за Найрин, за ее мучениями, терзаниями и тем, как ее бросает из крайности в крайность.
