Даррен нахмурился:
— Моя жена сама может решить: танцевать с тобой или нет. — Он повернулся ко мне: — Если ты не хочешь, то можешь отказать ему.
Посмотрела на мужа.
Конечно, это хорошо, когда муж предоставляет право выбора, но… Эндмар — правитель Эйроса и отец Даррена.
Сам же Тан Сэррей смотрел на нас с превосходством и… предупреждением. Словно, мой отказ не принимается.
— Ну же, — усмехнулся Высший демон, из-за чего у меня мороз пошёл по коже, — я же не кусаюсь. Должен же я познакомиться с тобой поближе.
А затем он посмотрел на Даррена так, словно тот пыль под ногтями правителя.
Почему? Почему Эндмар так относится к родному сыну?
В голове крутились различные догадки, и одна хуже другой.
Тан Сэррей протянул ко мне свою ладонь, ожидая моего следующего поступка. Соглашусь ли? Осмелюсь?
Снова посмотрела на Даррена.
Весь его вид был сосредоточен на отце. Поза напряжённая, а в глазах отразился опасный блеск. Ему явно не нравилась сложившаяся ситуация. Мне кажется если бы не все эти гости, то разразился бы скандал.
Или чего похуже.
Глубоко вдохнула, а затем выдохнула, протягивая правителю Эйроса свою ладонь.
Он тут же сжал её так, что мне стало крайне неприятно.
Краем глаза заметила, как плотно сжались челюсти любимого — даже желваки заходили ходуном, а глаза чуть сощурились. Он явно злился.
Господи, помоги мне! Пусть всё будет хорошо!
— Итак, — начал Эндмар, выводя меня на середину бального зала, — значит, ты его истинная.
Кивнула, не в силах произнести хоть слово. Такое ощущение, будто какая-то невидимая рука сжала мне горло, не давая говорить.
Пары вокруг нас немного расступились, открывая пространство. Но Тан Сэррей будто и не заметил этого, продолжая внимательно смотреть на меня.
Заиграла музыка, чем-то напоминающая вальс в моём мире.
— Сразу признаюсь: я не умею танцевать, — кое-как выдавила из себя, чем вызвала его снисходительную улыбку.
— Просто доверься мне.
В его голосе было столько самодовольства, что стало неприятно. Вообще, отец Даррена мне не нравился.
Наверное, это всё из-за того, как он относится к своему сыну. Я невольно переняла отношение Даррена к Эндмару.
— Это крайне сложно, Ваше Величество.
— О, не нужно никаких титулов. Просто зови меня по имени, — и снова эта снисходительная улыбка.
— Простите, но мне не позволит воспитание, Ваше Величество, — ответила, гордо глядя в его тёмные глаза, в глубине которых появился алый огонёк.
А саму всю трясло так, что хотелось бежать без оглядки.
