— А если найдем Аквилона? — спросил Серый, поигрывая ножом. Едва Валентин вышел за дверь, как бандит приступил к любимому развлечению. Лезвие мелькало между пальцами, как живое.
— Доведем дело до конца, — Михась встал, хрустнув шеей.
Кошель исчез во внутреннем кармане. В нем было куда больше обещанных рядовым исполнителям пяти империалов. Так уж водится в любом бизнесе. Работу выполняют одни, а навар достаётся другим.
— Куда теперь? — Бычок готов был следовать за своим начальством.
— Обшарить все гостиницы столицы.
Все постоялые дворы. Все ночлежки. Парень расспрашивал о рейсах в столицу. Значит, если он всплывет, то где-то здесь.
Они вышли из кабинета. В коридоре воняло перегаром и дешевыми духами. Где-то наверху кто-то пел похабную песню, аккомпанируя себе на расстроенной гитаре.
— Михась, — окликнул Серый уже на лестнице. — А если парень действительно мертв? Мы зря время тратим?
Костолом остановился, обернулся. В полумраке коридора его шрам казался черным провалом.
— Укокошил Багра и его парней, а затем от угрызений совести утопился? — усмехнулся Михась.
— А про билеты после призрак спрашивал? Нет, этот парень не так прост. Но мы с ним обязательно свидимся.
* * *Я лежал на продавленном матрасе, где пружины, казалось, вели личную войну против моей спины. Шестьдесят один серебряный — вот весь мой капитал после оплаты жилья и сегодняшних расходов. Нужна работа. Желательно денежная, но не привлекающая внимания.
Капля отправилась исследовать водопроводную систему дома.
Для водного духа старые трубы были как увлекательный лабиринт, полный загадок и тайн.
«Труба-труба-труба!» — пришел восторженный мыслеобраз вместе с ощущением скольжения по металлу. — «Ржавая! Капа плывет! Весело-весело!»
«Будь осторожна,» — мысленно предупредил я. — «И помни — никакого воровства.»
«Капа хорошая! Не брать блестяшки!» — ответ сопровождался образом невинной мордочки с огромными глазами. Правда, за спиной у этой мордочки я заметил подозрительный блеск, но решил пока не придираться.
Внезапный грохот входной двери заставил меня подскочить на койке. Матрас жалобно скрипнул, а одна особенно наглая пружина попыталась пробить мне ребро.
— Мамаша! Мы пришли! — заорал Колька с такой силой, что задрожали стекла. — Не спишь еще? У нас тут праздник! Васька премию получил!
За ним ввалились четверо дружков. Благодаря обострённому заклинанием слуху, я различал не только их количество, но и даже некоторые физические особенности.
