Алан. Скажи, что ты моя…

Теперь мы стоим, держась за руки, как романтичная парочка…-Известный в свое время ювелир изготовил Царю Соломону кольцо с надписью «Все пройдет». Всякий раз, впадая в ярость или уныние, мудрый правитель смотрел на свой перстень и усмирял эмоции… А потом влюбился в прекрасную Суламифь… Прошло какое-то время- и счастью возлюбленных пришел конец- прекрасную избранницу царя убили. Он был безутешен. Настолько, что горе заполонило его разум. Посмотрел на надпись- и только еще сильнее впал в уныние. Впервые в жизни она не помогла ему, а лишь сильнее ввергла в страдания… Со всей силы швырнул тогда Соломон кольцо о стену, в результате чего камень на нем отлетел.

Когда Царь поднял оставшееся от кольца, он увидел, что на том месте, где раньше был камень, оказалась спрятанной еще одна надпись – «И это тоже пройдет»… Отпустит, Бэлла… Верь мне… Я тоже это все проходил…

Его рука сильнее сжимается на моей руке… Мои слезы не останавливаются…

–Сегодня вечером мой самолет… Я закончил свои дела.

Возвращаюсь домой. Летишь со мной?

Я ошарашенно поднимаю на него глаза… О чем он?

–О паспорте не волнуйся… Я все решу… Тебя не найдут, если ты сама не захочешь этого… Начнешь новую жизнь… Это ни к чему тебя не обязывает… Я не… Просто мне важно тебе помочь…

Он протянул мне вторую руку… И я сама не поняла, как сделала то же самое. Наши глаза пересеклись- и я нашла в его взгляде столько заботы и теплоты, что больше не могла думать ни о чем… Сил не было… Было только одно желание- чтобы меня обняли, прижали к груди и утешили… Чтобы эта агония хотя бы ненадолго затухла… Мне не было важно, куда он меня повезет.

Да что уж говорить, даже если бы он оказался маньяком или убийцей, мне бы тоже это не было важно… Сейчас любое развитие событий было лучше, чем тот ад, что я оставляла здесь, позади…

***

Самолет готовится к взлету. Стюардессы активно снуют по салону, трап уже отсоединили, под самолетом что-то делают технические сотрудники, обслуживающие авиатранспорт.

Чувствую на плечах его руки. Они накрывают заботливо пледом. Я с коротким рукавом, только сейчас замечаю, как по коже бегут мурашки- то ли от холода, то ли от осознания, пока еще не до конца, что я делаю…"

"Старшая бортпроводница обращается к пассажирам и начинает инструктаж. На глаза снова наворачиваются слезы, но я их смаргиваю. Сморкаюсь, отвернувшись к окну-внутри снова щемящая боль. Самолет начинает движение к взлетно-посадочной полосе.