Алан. Скажи, что ты моя…

Потому что понимаю, что глупо прозвучит любая из моих невысказанных претензий… Чего я попрошу? Ты меня обесчестил, поэтому женись на мне? Смешно… Я ведь правда сама ему отдалась…Да и вопрос в том, при каких обстоятельствах я оказалась в его постели… Наверное, хорошие девушки, на которых женятся, едва ли будут на лесополосе полураздетыми убегать от криминального авторитета, готового пустить ее по кругу… Так что… Едва ли я при всех своих субъективных достоинствах была парой золотому мальчику из семьи чемпиона-легенды и прославленного архитектора… Конечно, мне хотелось сказки, как и всем девочкам в этом мире, но… В словах Снежаны был резон- сейчас моя задача- действительно дать ему почувствовать, как хорошо со мной, закрепиться в его жизни… Другого оружия у меня не было…

–Иди сюда…– так и не дождавшись моих аргументов, говорит он, хлопая по своим коленкам, видимо, считая, что вопрос исчерпан.

Я сажусь Алану на руки, заставляя себя не думать ни о чем в этот самый момент… Отпускаю ситуацию. Хватит. Я и так достаточно себя изводила все эти дни сомнениями, вопросами и догадками.

Алан снова нежно меня целует, немного оттягивая губу назад своими зубами, гладит по бедру.

–Как себя чувствуешь?-спрашивает хрипло, а я ощущая под собой его эрекцию.

–Нормально…

Хмыкает, покрывая поцелуями оголенную шею. Распускает мои волосы.

–Красивая какая…– нежно шепчет, поднимая меня, словно пушинку.

Секунда- и я оказываюсь сидящей на комоде.

Алан накрывает мои щиколотки обеими руками и медленно ведет вдоль ног две параллельные прямые, задирая подол платья.

–Красивая…– повторяет снова,– пиздец какая красивая… Только о тебе и думал все это время…

Он приспускает бретельки моего платья, оголяя грудь для своих жадных поцелуев. Я видела еще за ужином, что он заметил, что я без лифчика. По потемневшему, голодному взгляду видела. Ткань на груди была двухслойной, не просвечивала, и в то же время, выделяла соски.

–С такой высокой грудью ты просто обязана щеголять перед ним без всяких бюстиков. Пользуйся, пока не родила и ничего не обвисло…"

"Алан жадно меня оглядывает. Сам не раздевается. Расстегивает ширинку, вытаскивает член, отодвигает в сторону мои трусики и заполняет собой одним движением.

Я вскрикиваю, но на этот раз не от боли, а от неожиданности.