— Э-эй… — тихо прошептал, стирая подушечками больших пальцев солёные капельки. — Я буду самым чувственным Демоном в твоей постели, глупенькая моя девочка… для этого не достаёт единственной маленькой детали — муж с нежностью взял мою правую руку и обручальное кольцо с лёгкостью проскользнуло по безымянному пальчику, занимая почётное место рядом с помолвочным колечком. Поцеловав золотистые ободки, прохрипел мне на ушко, ещё больше сбивая этим с толку:
— Но только до тех пор, Лина, пока ты сама не попросишь меня стать безумцем, владеющим твоим соблазнительным телом! Ты будешь отдаваться мне без остатка, с такой же безудержной страстью, на которую способна лишь влюблённая и развращенная мною женщина.
Когда я тебя приручу, границы обычного секса растворятся, и ты узнаешь о более порочной любви, которая кипятит в жилах кровь и будоражит твой ум, лихорадит всё тело, погружает в нирвану, сжигая мосты между пороком и святостью.
Ему так легко рассуждать о таких откровенных вещах, как мне станцевать фокстрот.
Мои щёки не знали пощады, горели так, будто бы к ним приложили раскалённые угли. Я более чем уверенна в том, что эти завуалированные речи предусматривают дерзкие, пошлые и откровенные помыслы, из-за которых можно просто сгореть от смущения.
Дима протянул мне своё кольцо. Простое, чистое, гладкое, без лишнего, напускного антуража, но достаточно широкое и убедительное, с изящной гравировкой на внутренней стороне. Рядом со знаменательной датой выгравированная надпись «Ангел для Демона».
Такой обручальный ободок заметит любая плохо зрячая барби со статусом «в активном поиске».
"
"Искренне улыбаюсь ему и надеваю колечко на безымянный палец мужа. Он замер в ожидании, зарываясь свободной рукой в мои волосы. Эта минута застыла у меня перед глазами вечностью. Обычный свадебный ритуал, но сколько эмоций рождает в душе. Касаюсь губами золотого ободка и отпускаю его руку лишь для того, чтобы крепче обнять своего Демона за спину и прильнуть к его горячему телу всем своим естеством…
— Я никому тебя не уступлю! Даже не надейся…
Глава 20
Дмитрий.
Лина прислонила голову к моей груди, прижалась что есть силы к томящемуся телу. Её маленькая, хрупкая натура отнюдь не была слабенькой. Будто острая перчинка, разжигала во мне лавину страстей.
— Хозяйка моего сердца. — мой плавный голос с придыханием проникает под корни её волос на макушке. Ещё крепче сжимаю в объятиях хрупкие плечи, ощущая тёплое, неравномерное дыхание малышки на своём теле.
