Как же не вовремя! Последние остервенелые толчки приводят меня в чувства. Я вырываюсь из неё, обильно изливаясь на живот горячим потоком густой спермы. Стону, содрогаясь от сильнейшего оргазма. Шепчу хрипло её имя. Зарываюсь носом в подушки рядом с её шеей, вдыхая будоражащий запах, целую кожу за ушком. Благодарю свою девочку за взлёт в поднебесье, который она мне устроила. Чувства опустошённости и свободы переполняют меня. Переворачиваюсь на спину и увлекаю за собой истерзанное мною тело маленькой женщины. Глажу нежно спинку, убаюкивая свою любовь.
Выпускать её из объятий до утра не входило в мои планы.
— Я тебя никому не отдам, моя девочка! Теперь ты принадлежишь только мне…
Глава 21
Дмитрий.
— Ты счастлив, любимый? Я так соскучилась по тебе. Как же ты изменился за десять лет. Возмужал, морщинки приобрёл вот тут… женился…
Дина мягко коснулась моего лица в области переносицы. Пальчик с нежностью обрисовал каждую складочку, спустился к кончику носа, спрыгнул на верхнюю губу и замер, дойдя до уголка.
Я усмехнулся.
— Я не забыл тебя, девочка моя! Ты ревнуешь меня к новой женщине?
— Немного… Хочешь увидеть нашего малыша? Пойдём со мной, я покажу его тебе!"
"Дина бережно вцепилась в мою руку и потащила куда-то к гуще пылающего леса. Деревья напоминали старые, огромные плакучие ивы, ветки которых свисали до самой земли, только вместо листьев на них пестрели красно-розовые соцветия. Ветер срывал лепестки цветов и поднимал в небо, кружил ими играючи, затем отпускал, ненадолго утихая.
Они летели вниз, будто бы хлопья снега, исключительно напоминали цвет алой крови вместо сияющей белизны, покрывали землю багровым оттенком. От леса исходила прохлада, такая, которая пробирается под кожу и покалывает изнутри, покрывает её острыми пупырышками, поднимает дыбом каждый волосок, причиняя при этом лёгкую боль. Меня вдруг охватила неожиданная паника с дрожью. Я точно знаю, что дальше нельзя! Нужно остановиться и броситься прочь на всех парах, подальше от этого жуткого места. Ведь Дина умерла.
Её больше нет. Я не хочу видеть нашего малыша. Тело леденеет, а ноги и не думают останавливаться, идут за ней, приближаются к зловещей неизвестности. Я задыхаюсь, чувствую, как силы покидают меня. Хочется прикрыть веки и забыться.
— Остановись… — тихо шепчу ей, пытаясь сделать хотяб один шаг назад, — прошу тебя, Дина, я не хочу…
— Дима! Дмитрий, обернись, не верь ей! — Где-то издалека послышался голос Ангела. Такой нежный, звонкий, успокаивающий.
