Она будто дразнила меня, извиваясь всем телом и прижимаясь к танцору. Кровь закипала в венах. Я чувствовал пульсацию в висках. Моя реакция на ангела стала меня изрядно бесить.
Девушка действительно двигалась грациозно. Сливалась с мужчиной в одно целое. Партнёр по танцу медленно снял с себя длинный плащ, открывая при этом широкую и мускулистую спину, обтянутую чёрной футболкой. На бицепсах красовались татуировки. Мощные руки взметнулись вверх, обхватили широкими ладонями маленькое и аккуратное лицо.
Восхищённые взгляды танцоров сплелись, лбы соприкоснулись, одно дыхание на двоих. Волнующая музыка окутывала всё и всех. Меня же накрывала непонятная жгучая ревность. Какого черта они так волнительно трутся друг с другом, как будто в жизни у них отношения, как будто они пара вне сцены…"
"Пришёл момент, когда девушка-ангел медленно заскользила своим бархатным телом по мужскому торсу вниз, опускаясь перед ним на колени. Тонкие девичьи руки обвили его ноги в кольцо, при этом покорившись, она склонила перед ним голову.
С неба посыпались лёгкие перья разных размеров и оттенков. Кружились в воздухе и медленно опускались им на головы, покрывали плечи и саму сцену. Мужчина, Обойдя её по кругу, остановился за спиной и принялся, как бы, отрезать ей крылья. В один миг отстегнул их, бросил вместе с жилеткой на пол рядом с ней, заставляя девушку подняться на ноги.
Всё представление, насколько я понимаю, было завязано на всепоглощающей земной любви, ради которой даже ангелы готовы стать обычными людьми, и происходило под душераздирающий музыкальный шедевр.
Я замер, испытывая неуемную дрожь и покалывание в области позвоночника, как будто там расползлись настырные мурашки. Необъяснимые чувства сдавили горло так, что не вдохнуть и не выдохнуть.
Девочка стояла в фирменном нательном белье, расшитом дорогостоящими камнями, они отражали лучики света, при этом её кожа как будто светилась. Она выглядела лёгкой, неземной, какой-то нереальной, мгновенно пробуждала в моей голове тысячу желаний.
Хотелось дотронуться до неё пальцами и ощутить всю её хрупкость и нежность. Жизнь била в ней ключом. Я сглатываю ком в пересохшем горле и делаю очередной глоток виски, чтобы не задохнуться от эмоций, но алкоголь обжигает горло и становиться снова трудно дышать. Созданный вентиляторами ветер трепал её роскошные медовые локоны, смешивая их с пухом и перьями.
