Ангелы на льду не выживают. Том 1

– Подождите, – перебила его Настя, – а в чем проблема-то? Если тройной выброс выполнить легче, чем четверной, то почему девочка нервничала? Она же, по идее, радоваться должна была.

– Вот и видно, что вы спортом никогда не занимались и в соревнованиях не участвовали, – вздохнул Гулин. – Профан вы полный. Придется объяснять вам на пальцах. Самые трудные, требующие наибольших энергозатрат элементы обычно ставятся в самом начале программы, пока у спортсменов еще есть силы. И четверной выброс тоже был запланирован на первые тридцать секунд.

За тридцать секунд перестроиться на выполнение другого элемента, пусть даже менее сложного, очень трудно. Это возможно, но, повторяю, трудно, и не каждый спортсмен сумеет это сделать, а тем более такой юный, неопытный. Партнер не рассчитал силу и сделал все так, как делал раньше на тренировках, то есть придал партнерше такую мощь вращения, что она вполне могла выкрутить четыре оборота. А указание-то было: делать тройной. И она постаралась, не стала выкручивать четыре оборота, а после третьего раскрылась для приземления. Но инерция вращения оказалась слишком сильной, и погасить ее девочка не сумела. Нет, она не упала, удержалась на ногах, но ее заметно повело, и она мгновенно потеряла уверенность. Это сразу же передалось партнеру, они стали совершать мелкие ошибки, а на втором выбросе девочка все-таки упала. Причем упала крайне неудачно, получила серьезную травму плеча. Терпела невероятную боль, но программу докатала. Хотя, конечно, все получалось уже через пень-колоду. Ну и оценки судей, соответственно, были кошмарными. Вот так и вышло, что пара Болтенкова получила более низкое место, чем пара тренера-посредника. Посредник свое слово сдержал, воспользовался связями, и спортсменка Светланы Ващенко получила хороший результат.

– И опять я не понимаю: как это возможно? – настойчиво спросила Настя. – Механизм не понимаю. Можете объяснить?

Гулин снова отвел глаза, и стало понятно, что распространяться на скользкую тему ему не хочется.

– Повторяю, мне не нужны имена, – уговаривала его Настя. – Я хочу только понять технологию.

И опять пришлось потратить некоторое время на то, чтобы успокоить тренера и убедить его в том, что никаких последствий его откровения иметь не будут."

"– Судьи ставят только вторую оценку, а первую ставят технический специалист, технический контролер и два помощника, – медленно говорил Гулин, как будто подбирая слова, чтобы не сказать лишнего.