Ангелы на льду не выживают. Том 1

Конечно, он ходил в Федерацию только навестить друга. И это не имеет никакого отношения к тому, что через два дня после этого визита нагрянули чиновники с вопросами. Но никто не верит, что это совпадение.

Тамила Варламовна снова рассмеялась и отпила несколько глотков воды прямо из горлышка пластиковой бутылки, стоящей на столе. Дзюба с огорчением отметил паузу в рассказе: журналистка была прирожденной актрисой, тембр голоса и интонации постоянно менялись в зависимости от того, повествовала ли она или передавала прямую речь, и Роман, у которого никогда не было времени ходить в театр, чувствовал себя зрителем на отличном спектакле.

– А откуда вы точно знаете, когда Болтенков ходил к своему другу в Федерацию? – задал он очередной вопрос.

– Мишу там видели, – пояснила Тамила Варламовна. – Вернее, видели их вместе, они как раз из кабинета этого чиновника выходили чуть ли не в обнимку, шли по коридору и смеялись. В тот день было заседание тренерского совета, а старший тренер школы олимпийского резерва, где Миша работал, был членом этого совета.

«Уж не этот ли чиновник из Федерации по фамилии Шнитов поднял всех на уши, чтобы дело об убийстве забрали на Петровку? – подумал Роман, быстро занося фамилию «Шнитов» в лежащий на коленях блокнот, на странице которого уже было записано названное Тамилой имя тренера Николая Никитича Аникеева. – А чего так мелко? Уж сразу бы в МВД забрали, считается, что там спецы покруче. Про этого Шнитова мне и Каменская вчера говорила, стало быть, факт тесных дружеских отношений между ним и убитым Болтенковым можно сомнению не подвергать».

– Тамила, вы не знаете, где сейчас Аникеев? Как нам его разыскать?

Лицо журналистки стало печальным.

– Николай Никитич умер почти сразу после того скандала. Острый инфаркт.

– И когда это все случилось?

– Совсем недавно, в прошлом году.

Значит, надо проверять. У тренера Аникеева могли остаться взрослые дети и взрослые ученики, возжаждавшие отмщения.

Блюдо с хачапури опустело как-то вдруг. Совсем неожиданно для Дзюбы. А рассказывала Тамила Варламовна так интересно, так живо и красочно… И еще там про медово-ореховый тортик что-то говорили…

Когда оперативники вышли из дома гостеприимной журналистки, уже, оказывается, стемнело. Почему-то, сидя в комнате рядом с распахнутым настежь окном, Дзюба этого не заметил. Наверное, увлекся разговором.

– Тоха, ты чего как неродной? – накинулся он на Сташиса.