Ангелы на льду не выживают. Том 2

– Еще ты мне, помнится, рассказывал про соседей, супружескую пару, у которых была огромная библиотека и которые очень тебя поддержали, когда ты остался один. И кстати, если я могу быть чем-то полезной, то не забывай про старушку, – улыбнулась она. – Это сейчас я за городом прозябаю, но ситуация временная, и скоро я снова вернусь в Москву. Конечно, у меня работа, как и у тебя, не плановая, но зато свободное время бывает часто. И машина всегда на ходу. И Чистяков на подхвате. Так что имей в виду.

– Спасибо вам, – пробормотал Антон, и Насте почудилось, что он чуть не плачет.

Впрочем, наверное, почудилось. Разве может плакать бравый майор российской полиции, опер с Петровки?

* * *Внутреннее раздражение, не покидавшее Антона уже много недель, ушло, остались горечь, чувство вины перед Лизой и детьми. И еще боль. Но отчего-то эта боль придавала мыслям ясность.

«Ведь все так просто, – думал он, разворачиваясь на шоссе, – все так очевидно. Я не сделал элементарного. Я не сделал вообще ничего.

Как профессионал я – пустое место. Зря Ромчик надеется чему-то у меня научиться. Я подвел его. И себя самого подвел. И вообще всех».

Он приехал к Маклыгиным без предварительного звонка. Ни Павла Анатольевича, ни Валентины Яковлевны дома не оказалось, дверь ему открыла хорошенькая молодая женщина с большим животом.

«Еще чуть-чуть – и в декрет», – отметил про себя Антон.

– Мне папа с мамой говорили, что вы уже приходили, – приветливо улыбнулась будущая мама. – Вы что-то еще хотите спросить?

Антон ответил ей такой же беззаботной улыбкой, хотя в душе у него все ныло и болело.

– Для начала я спрошу, как вас зовут.

– Катя.

– А я – Антон, очень приятно, будем знакомы. – Он осторожно пожал протянутую мягкую маленькую ладошку. – Скажите-ка мне, Катя, у вас дома когда-нибудь были ножи фирмы «Самура», японские?

– Да, – тут же кивнула она, – мы им все время пользуемся, очень удобный.

– Можно взглянуть?

– Ну конечно. Пойдемте на кухню, только не обращайте внимания на наш беспорядок, у нас тут все заставлено…

С момента прошлого визита Антона в квартире мало что изменилось.

Порядка, во всяком случае, больше не стало. Дочь Маклыгиных смотрела на гостя так, словно не видела его вообще, вся погруженная в ощущение будущего ребенка. Она даже не удивилась, почему полицейский, приходивший к ее родителям по поводу убийства их бывшей соседки по даче, вдруг спросил про какой-то нож. Ее волновало только одно: материнство.