— Господин коронер, — прогудел он басом, кивнув в сторону Ковалева, который лишь махнул рукой, мол, говори с ним. — Патрульный сказал, что вы хотели задать мне пару вопросов.
Я кивнул головой.
— Верно. В котором часу обнаружили тело?
— Рано утром, часов в шесть, может, чуть позже, — ответил Торбин. — У меня привычка до открытия по берегу гулять. Воздухом дышать. Увидел, что в воде что-то плавает… подошел, а там она. Сразу патрульных и кликнул.
— Ясно, — кивнул я и повернулся к Алисе, которая стояла рядом с планшетом в руках.
— Запишите. Свидетель, Торбин Камнерук. Обнаружил тело около шести утра во время утренней прогулки.
Алиса, чуть помедлив, начала выводить буквы на бумаге. Ее рука больше не дрожала.
— Больше никого не было вокруг? Ничего странного не замечали?
Торбин покачал головой.
— Нет, господин коронер. Улина ушла из таверны задолго до закрытия.
Значит они были знакомы. Дварф и эльфийка. Нужно будет расспросить его об этом.
— Спасибо, Торбин.
Дварф пожал плечами.
— Надеюсь, это хоть как-то поможет, — сказал он и отошел в сторону.
Я не стал ему говорить, что тоже на это надеюсь, потому что-то, что я видел свидетельствовало абсолютно об обратном.
— Ковалев, организуйте транспортировку тела в прозекторскую. И проследите, чтобы никто, кроме ваших людей, к нему не прикасался. Предварительный осмотр закончен, для вынесения окончательного вердикта, как мы ранее обсудили, требуется вскрытие. О его результатах я сообщу вам завтра к десяти утра.
— Хорошо, господин коронер, — буркнул Ковалев, после чего вытащил из кармана что-то, что мне напоминало телефоны из моего мира и явно стал звонить.
— Господин Громов, — донесся до меня низкий голос. — Есть пара минут?
Я повернулся и увидел Торбина Камнерука. Дварф стоял в нескольких метрах, переминаясь с ноги на ногу.
— Слушаю, — сказал я спокойно. — Чем могу помочь?
Он кивнул в сторону, приглашая отойти подальше от ушей патрульных. Я последовал за ним. Когда мы отошли на несколько шагов, он повернулся ко мне спиной, отгораживаясь от остальных, и стал смотреть на колыхающуюся воду.
— Не сочти за наглость, Виктор, — начал он басом, перейдя на неформальный лад общения, — но с каких это пор тебя интересуют дела нелюдей?
Я встал рядом с ним, скрестив руки на груди.
— Праздный интерес, Торбин? — спросил я.
Трактирщик хмыкнул, и его густая борода затряслась.
— Можно сказать и так. Да только это моя хорошая знакомая. Улиной звали.
