— Да, вас пытались убить и в тот раз, когда перевернулся экипаж. В этом нет сомнения, — согласился герцог. — И нет сомнения в том, что она не оставит свои попытки. Но не переживайте, сегодня же ближе к ночи, прибудет охрана.
— Я очень благодарна вам, ваша светлость, — прошептала я, с улыбкой глядя в его красивые глаза. — Даже не знаю, что бы я без вас делала…
— Предполагаю, что прикончили бы из своего мушкета всех головорезов Дорвегии, — тихо хохотнул Эрлинг. — Моя валькирия…
Герцог протянул руку к моему лицу и убрал выбившуюся прядь волос, не сводя с меня взгляда, а я вздрогнула от его прикосновения.
Мне хотелось прижаться к нему еще сильнее, слиться с ним в одно целое и, будто почувствовав мое желание, Эрлинг сжал меня в крепких объятиях. Ожидание прикосновения желанных губ переполняло мое сознание, и когда он склонился надо мной, подалась ему навстречу. Легкий аромат горьковатого парфюма коснулся моих ноздрей, и я растворилась в нем, чувствуя на своих губах его слегка обветренные, но горячие губы.
— Вы сводите меня с ума, дорогая, — прошептал он, отрываясь от меня. — Не тяните с днем свадьбы, я приказываю вам…"
"— Не буду, — прошептала я в ответ и, положив голову ему на грудь, спросила: — Мне можно будет ездить в деревню?
— С охраной вы можете делать все, что угодно, — Эрлинг слегка отодвинул меня от себя и сказал: — Я совершенно забыл сказать вам, что привез игрушки и оружие… Полный экипаж замечательных зверушек и гномов ждут вас, ваше сиятельство.
— Я уже хочу на них посмотреть! — воскликнула я, стараясь выкинуть из головы ночное происшествие хотя бы на время. — Пойдемте быстрее! Я была так взволнована, что даже не заметила, прибывший с вами экипаж!
Маркиз уже распорядился и большущие мешки и коробки занесли в холл, где в нетерпении собрались все домочадцы.
— Да этого хватит, чтобы открыть магазин в самое ближайшее время! — воскликнула я, кружась между мешками и заглядывая в каждый из них. — Сесиль, ты только посмотри!
Швеи, работающие на герцога, постарались на славу и все мои эскизы, даже на которых еще не было выкроек, превратились в замечательные игрушки и мягкие подушки.
А елочные украшения вообще оказались выше всех похвал — разрисованные умелой рукой, они почти ничем не отличались от современных.
— Сколько же у вас швей? — удивилась я, ведь проделано работы было немало и на нее нужно время.
— Достаточно, дорогая, — успокоил меня герцог.
