Мы с Сесиль по очереди носились с ним, избавив тетушку Лонджину от забот, ведь на ней и так был весь дом. Но как бы оно ни было, я привязалась к малышу и уже не представляла жизни без его пухлых щечек и золотых кудряшек. В свободное время мы с баронессой продолжали шить игрушки и их стало настолько много, что можно было смело открывать небольшой магазинчик — товара хватило бы с лихвой.
Прошло несколько недель, и я начала понемногу выезжать на Ежевике, приучая ее к себе как к наезднице, а себя приучая уверенно держаться в седле.
Было нелегко, но все же я делала некоторые успехи и каждый из них был для меня настоящей победой над своими страхами и неподготовленным телом.
На прогулки по окрестностям я всегда брала с собой Антона, который тоже учился ездить верхом, да и помня о странном нападении в лесу, я немного побаивалась объезжать Ежевику в одиночестве.
Парню очень нравилось учиться верховой езде и он быстро освоил, как правильно держаться в седле.
Если бы он в свое время занимался конным спортом, то мог бы достичь больших успехов.
После того вечера, когда Эрлинг и Лукас принесли младенца, больше мы не виделись, и я подозревала, что, наверное, наше семейство надоело герцогу до чертиков и не могла осуждать его за это.
А холода все сильнее сковывали Дорвегию, оседая снежными шапками на величественных скалах и сковывая льдом прозрачные реки. Метели кружили над «Витт Миднат» и их тоскливые песни гудели в каминных трубах, но уют нашего дома, тепло очага и душевные вечера в кругу дорогих людей не давали холоду пробраться за стены имения.
Антон оказался очень сообразительным малым и додумался сделать нечто, похожее на коляску. Эта конструкция была довольно громоздкой, но все же оказалась удобной для использования — мы проводили много времени на кухне за рукоделием, и таскать за собой единственную тяжеленную люльку было еще тем испытанием. Деревянные колеса жутко грохотали, но в целом нам с Сесиль нравилось.
Я занялась рождественским венком, и с каждым днем количество искусственных еловых веточек увеличивалось. Тетушка Лонджина уже не удивлялась моим креативным идеям, только с интересом поглядывала на все, что мы делаем.
— На Рождество мы должны поставить в гостиной ель и нарядить ее — сказала я за обедом, и все головы моментально повернулись ко мне."
"— Что это значит? — изумленно поинтересовался Нилс.
