— Герцог очарован тобой, Астрид! Стал бы он помогать нам с Бернардом!
— Это не показатель… Просто его светлость привык помогать сиротам… — ответила я, стараясь не глядеть на нее. — И вообще, им в той ситуации некуда было деваться.
Не выдержав, я подняла голову и увидела, что баронесса и тетушка Лонджина переглядываются и посмеиваются.
— Вам больше заняться нечем, как придумывать всякие небылицы? — я нахмурилась, но не сдержалась и тоже рассмеялась. — Сплетницы!"
"Но мысль о том, что Эрлинг очарован мной, теплом разливалась в душе и предчувствие чего-то волшебного становилось все сильнее.
________________
*ШЕНКЕЛЬ, — я, мн. шенкеля,м. Спец. Внутренняя, обращенная к лошади часть ноги всадника от колена до щиколотки, помогающая управлять лошадью.
Глава 20
За окном тоскливо завывал ветер, и от этого хотелось еще плотнее закутаться в пуховое одеяло, под которым лежал предусмотрительно нагретый тетушкой Лонджиной кирпич. В комнате тихо потрескивали догорающие дрова в камине, часы давно пробили полночь, но мне почему-то не спалось.
Слушая плач разбушевавшейся метели, я качала люльку, стоящую рядом с кроватью, и тихо напевала мамину колыбельную, успокаивая себя и вздрагивающего во сне Бернарда.
— Баю-бай, баю-бай,
И у ночи будет край.
А покуда детвора
Спит в кроватках до утра.
Спит корова, спит бычок,
В огороде спит жучок.
И котенок рядом с кошкой
Спит за печкою в лукошке.
На лужайке спит трава,
На деревьях спит листва,
Спит осока у реки,
Спят сомы и окуньки.
Баю-бай, крадется дрема,
Он разносит сны по дому.
И к тебе пришел, малыш,
Ты уже так сладко спишь.
Метель началась совершенно внезапно еще вечером, налетела на притихший парк и закружила снежинки в стремительном танце, а к ночи ее волшебные черты, стали мрачнее, а голос строже. Казалось, будто большие снежные коты проносились вдоль окон и заметали их своими пушистыми хвостами. В каминной трубе гудел ветер, и было как-то не по себе, словно в комнате, кроме меня и малыша, находился еще кто-то невидимый.
Когда раздался тихий стук, я резко села в кровати и прислушалась. Опять! Может это стучит оторванная ставня? Нет, слишком ритмичными были эти стуки, словно чья-то рука настойчиво призывала меня идти за ним.
— Глупости! — раздраженно произнесла я и стук прекратился. — Не хватало еще бродить в темноте в поисках непонятно чего!
Но только я опустилась на подушки, как стук повторился, и вот тут мне стало по-настоящему страшно.
