— Какой еще убийца?!
— Он хотел столкнуть ее с обрыва! — затараторил мальчишка и его глаза возбужденно засияли. — А герцог в это время помогал Эмме, которая подвернула ногу! Тогда я, недолго думая, помчался к ним и нашептал Эрлингу на ухо, чтобы он немедленно возвращался к Астрид! Герцог поколотил разбойника и тот сбежал! Скрылся в лесу! Я слишком много сил потратил на все это, ваша светлость… У меня даже кружилась голова…
— Ты — привидение, Тобби, и у тебя не может кружится голова… — задумчиво произнесла Кристайн.
— Разбойник, говоришь? Он требовал от нее деньги или посягал на ее честь?
— Нет! Он просто тащил ее к обрыву! — сказал Тобби и прижал бледные ручонки к груди. — Я очень испугался за графиню… Она шьет такие красивые игрушки! Я видел рисунки! Астрид готовит деревенским детям подарки на Рождество, а я опять останусь ни с чем!
— Тобби, не капризничай! — Кристайн посмотрела на мужчин. — Что вы думаете обо всем этом?
— Звучит подозрительно, — согласился маркиз.
— Думаешь, разбойника наняли, чтобы убить ее?
— Как все закручено! — герцог потер руки. — Давно я не испытывал такого интереса к происходящему!
— Нам нужно разобраться с этим, — решительно заявила Кристайн. — Мужчины, за мной!
* * *
До Мабона еще оставалось несколько дней и все это время мы с Сесиль занимались пошивом игрушек, а вечерами мастерили украшения. Айдж привез нам приличный пучок колосков, и я их тоже окунула в воск, чтобы они не осыпались и не теряли вид.
Из всего материала у нас получилось сделать веточки для волос, брошь на лиф платья и бутоньерку на руку. Оставшимися одинокими цветочками мы решили украсить декольте.
Яблочки из соленого теста я выкрасила в красно-желтый цвет, приделала к ним веточки и зеленые листики из вощеной ткани. Выложив свои фрукты полукругом, я задумчиво смотрела на них и мне в голову пришла очередная идея — из этого может получиться замечательней ободок!
Антон сразу понял меня и через час принес идеально согнутую проволоку, которую осталось обмотать мягкой тканью и приделать на концах маленькие «подушечки», чтобы не натерло за ушами.
Яблочки перекочевали на обруч, хотя конечно без клея мне пришлось помучиться, чтобы закрепить их. Но зато, надев его, я вызвала настоящий восторг у Сесиль и тетушки Лонджины.
— Фруктовая тиара Богини-Хранительницы! — подруга поднесла к моему лицу натертый до блеска медный поднос.
