Атомный поезд

Но почти никто не берет в расчёт «солнечный ветер», а ведь при большой боковой поверхности на такой высоте «карандаш» просто сдует! У нас в полку за всю историю только два офицера прошли этот тест! А тут пацан, курсант… Ну, ты даёшь!

Попов задумался.

— Куда распределяться думаешь?

— Не знаю, — вздохнул Кудасов. — На комиссию ведь по очереди заходят: у кого больше всех баллов — первым, у кого меньше — вторым, у кого ещё меньше — третьим… А у меня по общественным дисциплинам «тройки», пока зайду, все хорошие места уже разберут.

— А к нам не хочешь попроситься? Мы ходатайство пошлём!

Кудасов сдержал улыбку. Даже зайдя на распределение последним, можно получить назначение в полк МБР. Потому что жить в глухом лесу и проводить годы под землёй охотников мало. Хотя он бы заложил душу боевому пульту…

— Я бы не против.

Майор вздохнул и потёр ставшую уже заметной щетину.

— Да, тут проблема. Красивая?

Курсант кивнул.

— Очень.

— Это плохо.

— Почему? — удивился Кудасов.

— С красивой хорошо в большом городе жить, да при больших деньгах. Чтобы она по парикмахерским ходила, по шейпингам всяким. Да домработницу надо с поваром, гувернантку для детей… А если молодой летеха потащит красивую жену по гарнизонам, толку не будет.

— Да ну! У меня Оксана не такая.

Попов снова вздохнул.

— Помянешь моё слово.

Он выключил компьютер, все ещё сообщающий, что цель поражена.

— Ну ладно. Характеристику я тебе подробную напишу и аттестацию наилучшую составлю. Как говорится, чем могу — помогу. — Майор помолчал и добавил: — Если это тебе поможет.

Они попрощались.

— Спасибо вам, — сказал Кудасов.

— За что? — удивился Попов.

Курсант замешкался.

— За всё. За отношение, за науку. Хотя насчёт Оксаны вы не правы.

— Дай бог, — кивнул майор. — Счастливо. Надумаешь — приезжай.

На следующий день стажёры прошли собеседование с особистом — подполковником Сафроновым — полным, средних лет мужиком с добродушным лицом и колючими глазами. Каждый дал подписку о неразглашении и получил предостережение от происков шпионов и диверсантов, которые рыщут везде и всюду, стремясь поймать в свои сети молодых и неискушённых людей, допущенных к государственным секретам.