Атомный поезд

Что-то несвойственное простому человеку. То ли его холодные глаза, то ли металлический голос, то ли величавая посадка головы, то ли умение мгновенно разработать план сложной операции. Когда Лечи умолк, в комнате некоторое время ещё сохранялась гнетущая тишина. Арханову казалось, что эхо сказанного все ещё носится между стен, не в силах отыскать выхода из замкнутого пространства подземного этажа.

— Хороший план, Лечи. Очень хороший.

Исмаилов никак не отреагировал на лесть.

— В каких местах надо искать этот поезд?

Имам пожал плечами.

— Маршрута его мы не знаем, тем более его всё время меняют. Но одно известно точно. Он всегда выходит из Тиходонска и всегда возвращается в Тиходонск. А там у нас есть надёжные люди. Про Ису Хархоева слышал?

***Елисеевская — небольшая станция в шестистах километрах севернее Тиходонска и в двадцати от районного центра Ахтырска. Работают здесь всего пять человек: начальник Ибрагим Османов, его жена Вера — она же железнодорожный кассир, стрелочник дядя Миша, путевой обходчик Николай и электрик Сергей Павловский.

Немногочисленный персонал вполне справлялся с текущими делами, ибо в Елисеевской ежедневно останавливались на одну-две минуты всего четыре поезда, остальные проносились мимо и даже не притормаживали.

По расположению она не совсем отвечала планам Исмаилова, но зато начальником здесь был земляк, и это сыграло решающую роль. Правда, Ибрагим был аварцем, он родился в горном селе, граничащем с Чечнёй, ещё в то время, когда Кавказ не знал ни национальных, ни религиозных распрей.

Но понятие землячества в этих краях может быть очень широким. Если ты служишь в армии где-нибудь в Волгограде, то твоими земляками будут и чеченец, и ингуш, и черкес, и кабардинец — любой выходец с Кавказа, имеющий корни в его каменистых горах. Когда ты живёшь в Махачкале, то земляками считаются и лакцы, и даргинцы, и кумыки, а может, даже и не похожие на дагестанские народы ногайцы, с их раскосыми, как у калмыков, глазами. Чем дальше от больших городов, где нации перемешаны как ингредиенты коктейля, тем больше сужается понятие земляка. В родном селе: в дагестанском Гунибе или в чеченском Аргуне земляк — это, соответственно, аварец или чеченец.

Кавказцы — люди особого менталитета. Вне рода они не могут существовать, как не выживает муравей, не сумевший вернуться в родной муравейник. Если даже кавказец уехал из родных краёв и живёт в России, на родине остаётся отчий дом, остаются братья, сестры, дядья, племянники, их дети и дети их детей.