Атомный поезд. Том 1

– И-эх! – через секунду он закружился вокруг жены в какой-то безумной пляске – в ней смешались лезгинка, джига и «семь сорок». Высокий темп, мелькающие руки и ноги, бешеные развороты, – рисунок пляски был изобретением Кудасова.

– И-эх! – он стал бросать под ноги Оксане купюру за купюрой, пока деньги не закончились. Тогда он, обессиленный, упал на одно колено и поцеловал жене руку.

– Молодец, ай молодец! – кричал Степан Григорьевич. – Азартный парнишка, люблю таких! Теперь мой выход!

Легкий ветерок шевелил деньги, как опавшие листья, медленно сметая их к борту.

Ирина Владимировна не выдержала и, выбежав из-за стола, принялась собирать купюры. Федор Степанович последовал за супругой, но не преуспел в столь перспективном деле: едва наклонившись, он потерял равновесие и грохнулся на полированные доски. Оксана с гримасой досады хотела поднять отца, но Степан Григорьевич увлек ее за собой и закружил в танце.

– Ну-ка, дай ручку… Вот так, вот так, – он вставил между наманикюренных пальцев одну стодолларовую купюру, потом другую, третью…

– И вот так, и вот так…"

"Теперь Оксана танцевала с веером из зеленых американских денег, крепко зажатых тонкими пальчиками с хищно-красными ноготками.

– Давай съездим ко мне в офис, – страстно прошептал в маленькое ушко распалившийся Степан Григорьевич и вцепился в тонкую девичью талию.

– Ты что, с ума сошел! У меня свадьба! – от возмущения Оксана даже на миг потеряла улыбку.

– Ну, давай на машине отъедем в сторону! На пять минуток всего! Я что-нибудь придумаю…

– Перестань сейчас же!

Оксана вырвалась из цепких рук партнера и вернулась на свое место за столом.

Все происходящее Кудасову не нравилось. Почему этот похожий на обезьяну старикан так сыплет деньгами, почему он прижимается к Оксане с такой сальной мордой, что он шепчет ей на ухо? Подойти бы и дать ему в рог! Но у входа на трап стоит его здоровенный водитель, наверняка выполняющий функции телохранителя. Да и материальная зависимость еще больше, чем охранник, связывает по рукам и ногам.

Молодой муж опустошил несколько рюмок одну за другой.

В опьяненном сознании родилась забавная мысль: а что если предложить старой обезьяне посоревноваться в плавании? Прямо сейчас прыгнуть с борта и переплывать Дон? Кто быстрей… Или просто по факту – кто доплывет, а кто потонет… Хотя с борта прыгать нельзя, там мель – покалечишься только, да и все…

– Я хочу выпить за нашего друга Степана Григорьевича! – встала с бокалом новобрачная.