Бальмануг. Невеста

Лернавай завершил разговор с Верчилом и подошел ближе, подтянул соседнее гостевое кресло к столу и устроился рядом, заставляя девушку нервничать. Однако он не сразу начал говорить, вначале нахмурился и тер лоб ладонью, будто что-то вспоминая.

– Хелен, ты можешь назвать книгу, откуда переписывала свои обереги? – наконец-то спросил он, когда накал тревожного ожидания в девушке уже подобрался к красной зоне.

– Что?! – опешила Бальмануг.

Во-первых, дознаватель впервые назвал ее по имени, что уже странно звучит в его исполнении.

Во-вторых, его тон был не презрительным, как обычно, а каким-то... уставшим? В-третьих, какие еще у нее обереги? Какая книга? О чем он, вообще, говорит?

""У Лернавая на радостях от скорой смены семейного статуса, случаем, крыша не поехала? Или так заработался, что с кем-то меня путает?"" – еще больше напряглась девушка.

Мужчина, сидящий рядом, потянулся за картонной папкой, что лежала на столе перед ними, открыл, достал лист бумаги и положил перед девушкой. И она с волнением узнала свой рецепт торта, написанный когда-то на русском языке, и который изъял дознаватель на очередном допросе.

Вернее, сейчас перед ней лежала копия, которую она переписывала тогда по памяти, там еще приписка внизу была: ""Лернавай – еще та сволочь! Минздрав предупреждает: не связывайтесь с ним! Опасно для ваших нервов"". Жаль, что она в свое время не вняла своим же советам, оказалась слишком крепко связана с этим мужиком.

– Вот. Из какой книги ты переписывала эти тексты? Где она находится? В библиотеке родового поместья твоего отца? Можешь вспомнить ее название?

Хелен сглотнула.

Что ей теперь делать со своей ложью, которая когда-то была слеплена наспех? Что говорить?

– Кхм, я не помню.

– Но ты переписывала эти тексты вновь и вновь уже в столице, то есть после потери памяти. Значит, помнила для чего они? Может, постараешься вспомнить саму книгу? Хотя бы ее внешний вид? – уговаривал Лернавай, чуть наклонившись в ее сторону.

""Да уж! Слишком хорошая память у этого дознавателя!"".

Хелен опять стискивала пальцы под столом.

– Боюсь, что я не могу вспомнить.

– Может, тебе известен язык? То есть, хотя бы его название? Может, отдельные значения слов?

– Да в чем дело? – озадачилась Хелен. – Сдалась вам эта книга! Неужели, эйр старший дознаватель, вы наконец-то поверили в силу этих оберегов? Но я всё равно... не помню других текстов по памяти. Так что вот это и всё, что осталось – оберег... э-эм, на привлечение...