Бальмануг. Невеста

Герцог Эмирит хохотнул, почесал затылок и сказал Кагматту:

– Тобиас, может, не будем возвращать ее в академию? Что-то я уже переживаю за стены нашего заведения. И это она всего лишь на первом курсе. Как она до сих пор Каркуту его дворик не разнесла в ошметки? А ваш тренировочный зал, насколько я знаю, более защищен.

– Я себя контролирую! – с вызовом в голосе заявила девушка.

– Обычно, – холодно добавил дядя Аяр. – Но, видимо, не всегда.

И да, Хелен стало немного стыдно. Совсем немного. Но в итоге Гилмот ведь не пострадала всерьез, хотя ей бы не помешало.

Но и на дядю Хелен тоже была немного обижена.

– Если бы семья Бальмануг дала дочке... кхе, мне в детстве обычное для магически одаренных детей обучение, если бы не ограждали меня родители от малейшего проявления магии, то я бы выросла... нормальной! – не сдержалась она от накипевшего. – А поскольку я даже азов не знала... Или забыла всё благодаря вам, подтирателям памяти, то.

Дядя ответил ей жестким, царапающим взглядом. Артам хохотнул где-то в стороне.

– Подтиратели памяти, значит, – эхом повторил Лернавай рядом, поворачиваясь к Аяру Рилминегу.

К счастью, никто не прицепился к оговорке в начале фразы, когда девушка про себя в третьем лице сказала.

– И чего же ты желала, Хелен... – осторожно позвал ее опекун. – ...перед тем как загорелись платья у девушек?

Многие, а особенно Лернавай, опять внимательно глянули на девушку.

Врать ей нельзя, здесь столько менталистов сидит! И кто знает, что конкретно каждый из них умеет. Но и правду она тоже не скажет. Не всю.

– Я... кхм, перед тем как услышала визг, я думала о торсиквазных и кисионных полях, – выдала девушка часть правды.

– Что?! – выдохнул непонятно кто.

Лица у эйров вытягивались.

– Хелен, эту информацию проходят... м-м, на курсе третьем или четвертом, не раньше.

– Из книжек в преподавательском отделе библиотеки академии. Но я мало что про них поняла, когда прочитала, то есть почти ничего. Вот и думала, а в чем разница... То есть, а как их можно применить... – оправдывалась Хелен, сложив ладони лодочкой на коленях.

– Ох, боги! Это я виноват, Тобиас! – воскликнул декан Эмирит. – Я ходатайствовал тогда перед деканом Шинтераном, чтобы Хелен допустили в тот отдел.