Барон из МЧС - 2

Но… Раз вы сами считаете, что уже почти подохли, то жалеть отработанный материал нет никакого смысла. Отделение! Строиться на утреннюю зарядку! Как просил Борзый, будем жить по уставу!

- Не много ли для одного утра физических упражнений? - поинтересовался Астроном. - Уже и набегались, и наползались, и даже надрались. Про меня вообще говорить не приходится.

- О! Надраться я бы сейчас не отказался! В зюзечку, но чтоб без приключений, - тут же ожил Чах, услышав приятное для его ушей слово.

Его реплику я оставил без ответа, а вот новые откровения Диким выдал.

- До этого было всего лишь наказание. Ибо не хрен оспаривать приказы любимого сержанта и уж тем более спать на боевом посту. Ещё кого, как сегодня ночью Астронома застукаю, то одним танком тот счастливчик не отделается. Прямо в котёл к гоблинам закину, чтобы и сам не мучился, и других не мучил. Наказание закончилось и начинается плановая тренировка.

- То есть это ты похитил Славика? - аж позеленел от гнева Пушкин.

- Я, кучерявый! Вот ты честно службу нёс, а этот, слюни распустив, сны гражданские смотрел.

- Сдохнешь! - почти прорычал Жир.

Я не стал отвечать, а включив небольшое ускорение, оказался за его спиной, приставив серп к горлу. Для пущего эффекта слегка надрезал кожу под третьим или четвёртым подбородком этого смелого парня.

- Не понял! - рявкнул я во всё горло. - Почему до сих пор никто не выполнил мой приказ на построение?! Считаю до трёх, а потом отрезаю жирдяю башку!

В отличие от довольного боевого серпа кроу, чавкающего свеженькой кровушкой, остальные радости не проявили.

- Ты тоже в строй, - пнув Жира коленом под зад, уже спокойно проговорил я. - Начинаем с отжиманий. Десять раз. Надо бы, конечно, минимум соточку влепить, но я реалист.

Худо-бедно отжались все. А вот на небольшой пробежке понял, что зарядку пора прекращать. Я после сорока километров и то выгляжу намного свежее этих инвалидов.

"Почти до самого обеда шестое отделение представляло собой группу ушу пенсионного возраста. Подняли ручки, опустили ручки. Подняли правую ножку, опустили… Наклоняемся, разгибаемся… Увидь подобное Якутова или Станов, оба меня анафеме предали бы за доброту душевную. Но даже это заставило пропотеть Диких до самых трусов.